Шизоидные черты личности


ФГБНУ НЦПЗ. ‹‹Психопатии и акцентуации характера у подростков››

Название «шизоид» распространилось благодаря Е. Kretschmer (1921). Иные наименования этого типа характера: «странные и чудаки» [Kraepelin E., 1915], «патологически замкнутые», «аутистические психопаты» [Asperger H., 1944] и др.— употребляются значительно реже.

Наиболее существенными чертами данного типа считаются замкнутость, отгороженность от окружающего, неспособность или нежелание устанавливать контакты, снижение потребности в общении. Сочетание противоречивых черт в личности и поведении — холодности и утонченной чувствительности, упрямства и податливости, настороженности и легковерия, апатичной бездеятельности и напористой целеустремленности, необщительности и неожиданной назойливости, застенчивости и бестактности, чрезмерных привязанностей и немотивированных антипатий, рациональных рассуждений и нелогичных поступков, богатства внутреннего мира и бесцветности его внешних проявлений — все это заставило говорить об отсутствии «внутреннего единства». H. Asperger (1944) обратил внимание на недостаток интуиции как на главную черту этого типа характера. Под интуицией здесь следует понимать прежде всего пользование неосознанным прошлым опытом.

Шизоидные черты выявляются в более раннем возрасте, чем особенности характера всех других типов. Неслучайно шизоидный тип характера подробно описан в трудах и руководствах по детской психиатрии.

С первых детских лет поражает ребенок, который любит играть один, не тянется к сверстникам, избегает шумных забав, предпочитает держаться среди взрослых, иногда подолгу молча слушая их беседы. К этому может добавляться какая-то недетская сдержанность в проявлении чувств, которая воспринимается как холодность.

Подростковый возраст является самым тяжелым для шизоидной психопатии. Нам представляется ошибочным суждение о благополучии подросткового периода у шизоидов, построенное на анамнезах, собранных у взрослых и даже у пожилых лиц, страдающих шизоидной психопатией [Мазаева Н. А., 1974]. Надо иметь в виду малую точность анамнеза как метода для ретроспективной оценки собственного поведения, невольного стремления приукрашивать свои юные годы у немолодых людей. Динамические наблюдения показывают, что с началом пубертатного периода шизоидные черты усиливаются [Наталевич Э. С., Мальцева М. М., 1979].

С наступлением полового созревания все черты характера выступают с особой яркостью. Замкнутость, отгороженность от сверстников бросаются в глаза. Иногда духовное одиночество даже не тяготит шизоидного подростка, который живет в своем мире, своими необычными для других интересами и увлечениями, относясь со снисходительным пренебрежением или явной неприязнью ко всему, что наполняет жизнь других подростков. Но чаще все же шизоидные подростки сами страдают от своего одиночества, неспособности к общению, невозможности найти себе друга по душе.

Неудачные попытки завязать приятельские отношения, мимозоподобная чувствительность в моменты их поиска, быстрая истощаемость в контакте («не знаю, о чем говорить») нередко побуждает таких подростков к еще большему уходу в себя.

Недостаток интуиции проявляется отсутствием «непосредственного чутья действительности» [Ганнушкин П. Б., 1933], неумением проникнуть в чужие переживания, угадать желания других, почувствовать неприязненное отношение к себе или, наоборот, симпатию и расположение, уловить тот момент, когда не надо навязывать свое присутствие и когда, наоборот, надо выслушать, посочувствовать, не оставлять собеседника с самим собой. Один из шизоидных подростков сказал об этом: «Я никогда не знаю, любят меня или ненавидят, если об этом мне прямо не скажут!»

К недостатку интуиции следует добавить тесно с ним связанную неспособность к сопереживанию — неумение разделить радость и печаль другого, понять обиду, почувствовать чужое волнение и беспокойство. Иногда эту особенность обозначают как слабость эмоционального резонанса.

Недостаток интуиции и неспособность сопереживания обусловливают, вероятно, то, что называют холодностью шизоидов. Их поступки могут казаться жестокими, но они связаны с неумением «вчувствоваться» в страдания других, а не с желанием получить садистическое наслаждение, как у эпилептоидов.

Ко всем этим недостаткам можно добавить еще неумение убеждать своими словами других.

Внутренний мир шизоида почти всегда закрыт от посторонних взоров. Лишь иногда и перед немногими избранными занавес внезапно приподнимается, но никогда не до конца, и столь же внезапно может вновь упасть. Шизоид скорее раскрывается перед людьми малознакомыми, даже случайными, но чем-то импонирующими его прихотливому выбору. Но он может навсегда оставаться скрытой, непонятной вещью в себе для близких или тех, кто знает его много лет. Богатство внутреннего мира свойственно далеко не всем шизоидным подросткам и, конечно, связано с определенным интеллектом или талантом. Поэтому далеко не каждый из шизоидов может послужить иллюстрацией слов Е. Kretschmer (1921) о подобии их «лишенным украшений римским виллам, ставни которых закрыты от яркого солнца, но в сумерках которых справляются роскошные пиры». Однако во всех случаях внутренний мир шизоидов бывает заполнен увлечениями и фантазиями.

Фантазируют шизоидные подростки про себя и для самих себя. Они вовсе не любят распространяться о своих грезах и мечтаниях перед окружающими. Они не склонны также перемешивать обыденную жизнь с красотами своих выдумок. Шизоидные фантазии либо служат утешению своей гордости, либо носят эротический характер. Они явно могут играть роль психологической защиты — в трудных для шизоида ситуациях его склонность к фантазированию усиливается.

Недоступность внутреннего мира и сдержанность в проявлении чувств делают непонятными и неожиданными для окружающих многие поступки шизоидных подростков, ибо все, что им предшествовало,— весь ход переживаний и мотивов — оставалось скрытым. Некоторые выходки действительно носят печать чудачества, но, в отличие от истероидов, они вовсе не представляют собой спектакля, разыгрываемого с целью привлечь к себе всеобщее внимание. Реакция эмансипации нередко проявляется весьма своеобразно. Шизоидный подросток может долго терпеть мелочную опеку в быту, подчиняться установленному распорядку жизни, но реагировать бурным протестом на малейшую попытку вторгнуться без позволения в мир его интересов, фантазий, увлечений. Вместе с тем реакция эмансипации может легко оборачиваться социальной нонконформностью — негодованием по поводу существующих правил и порядков, насмешек над распространенными идеалами, интересами, злопыхательством по поводу «отсутствия свободы». Подобного рода суждения могут долго и скрытно вынашиваться и неожиданно для окружающих реализоваться в публичных выступлениях или решительных действиях. Зачастую поражает прямолинейная критика других лиц без учета ее последствий для самого себя. При обследовании с помощью ПДО нередко проявляются и низкая конформность, и сильная реакция эмансипации.

Реакция группирования внешне выражена довольно слабо. Как правило, шизоидные подростки стоят особняком от компаний сверстников. Их замкнутость затрудняет вступление в группу, а их неподатливость общему влиянию, общей атмосфере, их неконформность не позволяет ни слиться с группой, ни подчиниться ей. Попав же в подростковою группу, нередко случайно, они всегда остаются в ней на особом положении. Иногда они подвергаются насмешкам и даже жестоким преследованиям со стороны других подростков, иногда же благодаря своей независимости, холодной сдержанности, неожиданному умению постоять за себя они внушают уважение и заставляют соблюдать дистанцию. Но успех в группе сверстников может оказаться одним из сокровенных желаний шизоидного подростка. В своих фантазиях он творит подобные группы, где занимает положение вождя и любимца, где чувствует себя свободно и легко и получает те эмоциональные контакты, которых ему недостает в реальней жизни.

Увлечения у шизоидных подростков обычно выступают ярче, чем псе другие поведенческие реакции этого возраста. Увлечения нередко отличаются силой, устойчивостью и необычностью. Чаще всего приходится встречать интеллектуально-эстетические хобби. Большинство шизоидных подростков любят чтение, K. IHIII поглощают запоем, чтение предпочитают другим развлечениям. Выбор для чтения может быть строго избирательным — только определенный жанр литературы, только определенная эпоха из истории, определенное течение в философии и т. п. Ю. А. Скроцкий (1980) отметил пристрастие к изучению биографий. Вообще в интеллектуально-эстетических хобби поражает прихотливость выбора предмета. У современных подростков приходилось встречать увлечение санскритом, китайскими иероглифами, срисовыванием порталов соборов и церквей, генеалогией царского дома Романовых, сопоставлением конституций разных государств и разных времен и т. д. Все это никогда не делается напоказ, а только для себя. Увлечениями делятся с немногими, если встречают искренний интерес и понимание собеседника. Часто увлечения таят, боясь непонимания и насмешек. При менее высоком уровне интеллекта дело может сводиться к менее изысканным, но не менее странным увлечениям. Коллекции шизоидных подростков, иногда уникальные, иногда поражающие своей никчемностью, также более с тужат цели изощренных интеллектуальных или эстетических потребностей, чем просто жажде накопительства. Один подросток, например, собирал дуплеты из открыток с репродукциями картин известных художников и почтовых марок с изображением тех же картин.

На втором месте стоят хобби мануально-телесного типа. Неуклюжесть, неловкость, негармоничность моторики, нередко приписываемая шизоидам, встречается далеко не всегда, а упорное стремление к телесному совершенствованию может сгладить эти недостатки. Систематические занятия гимнастикой, плаванием, езда на велосипеде, упражнения йогов обычно сочетаются с отсутствием интереса к коллективным спортивным играм. Место увлечений могут занимать одиночные многочасовые пешие или велосипедные прогулки. Некоторым шизоидам хорошо даются тонкие ручные навыки: прикладное искусство, игра на музыкальных инструментах — все это также может составить предмет увлечений.

Реакции, связанные с формирующимся половым влечением, на первый взгляд, могут как будто совсем не проявляться. Внешняя «асексуальность», демонстративное презрение к вопросам половой жизни нередко сочетается с упорным онанизмом и богатыми эротическими фантазиями. Эти фантазии питаются случайными сведениями и легко включают перверзные компоненты. Болезненно чувствительные в компании, неспособные на флирт и ухаживание и не умеющие добиться сексуальной близости в ситуации, где она возможна, шизоидные подростки могут неожиданно для других обнаружить сексуальную активность в самых грубых и противоестественных формах — часами сторожить, чтобы подглядеть чьи-то обнаженные гениталии, эксгибиционировать перед малышами, онанировать под чужими окнами, откуда на них смотрят, вступать в связь со случайными встречными, назначать свидания по телефону незнакомым людям «на один раз». Свою сексуальную жизнь и сексуальные фантазии шизоидные подростки глубоко таят. Даже когда их поступки обнаруживаются, они стараются не раскрывать мотивов и переживаний.

Алкоголизация среди шизоидных подростков встречается довольно редко. Большинство из них не любят спиртные напитки. Опьянение не вызывает у них выраженной эйфории. Уговорам товарищей, питейной атмосфере компаний они легко противостоят. Однако некоторые из них находят, что небольшие дозы алкоголя, не вызывая эйфории, могут облегчить установление контактов, устраняют затруднения и чувство неестественности при общении. Тогда легко образуется особого рода психическая зависимость — стремление регулярно использовать небольшие дозы алкогольных напитков, часто крепких, с целью «побороть застенчивость» и облегчить контакты. Употребление алкоголя в качестве подобного «коммуникативного допинга» может осуществляться как с приятелями, так и в одиночку. Например, 15-летний шизоидный подросток тайком хранил в своей постели бутылку коньяка и каждое утро прикладывался к ней, чтобы «свободно чувствовать себя в школе».

Не меньшую угрозу, чем алкоголь, для шизоидных подростков представляют другие дурманящие вещества. Некоторые из них, особенно летучие, «льют воду на мельницу» шизоидных фантазий, делая их более чувственными и красочными.

Суицидальное поведение шизоидам не свойственно — шизоидность, видимо, не располагает к подобному способу решения жизненных трудностей. Демонстративные суицидные попытки [Леденев Б. А., 1981] бывают при смешанном шизоидно-истероидном типе. На психические травмы, конфликтные ситуации, положения, где к шизоидной личности предъявляются непосильные для нее требования, реакция проявляется ещ« большим уходом в себя, в свой внутренний мир глубоко затаенных фантазий. Другим проявлением подобной же реакции шизоидного подростка может быть усиленное сосредоточение на каком-либо увлечении, притом в обстановке, которая для этого окружающим кажется совершенно неподходящей. Например, 17-летний подросток, ухаживая за умирающей от рака матерью и буквально не отходивший от ее постели, тут же около нее изучал по самоучителю итальянский язык. Та же реакция на трудности может выявляться неожиданными, вычурными, порою жестокими поступками. Острые аффективные реакции у шизоидных подростков чаще всего бывают импунитивного (бегство из аффектогенной ситуации) или экстрапунитивного типа.

Делинквентность при шизоидном типе характера встречается нечасто, при этом в самом делинквентном поведении явственно выступают шизоидные черты. Обследуя подростков-беспризорников 20-х годов, Н. И. Озерецкий (1932) отметил, что шизоиды предпочитают воровать в одиночку, выбирают воровскую «профессию», требующую искусных навыков (например, кража денег из внутренних карманов или умение влезть в квартиру через форточку). Шизоидные подростки, не будучи склонны к групповой делинквентности, могут совершать серьезные правонарушения «во имя группы», желая, чтобы «группа признала своим». В одиночку также совершаются сексуальные правонарушения (эксгибиционизм, развратные действия над малолетними, сексуальная агрессия). Кражи могут носить особый характер (во имя «восстановления справедливости», хищение уникальных предметов для восполнения недостающего в собираемой коллекции и т. п.). Иногда делинквентному поведению и серьезным правонарушениям предшествует прием небольшой дозы алкоголя в качестве «допинга», но настоящего алкогольного опьянения не бывает.

По наблюдению нашего сотрудника А. А. Вдовиченко, шизоидные подростки, склонные к делинквентности, попадали в поле зрения милиции гораздо позже, чем делинквентные подростки с другими типами акцентуации характера. Они действовали в одиночку, умели скрывать свои поступки, не искали сообщников, хорошо обдумывали свои действия. Кражи предпочитали совершать при помощи собственноручно изготовленных отмычек, искусного выпиливания дверных замков и тому подобных «приемов».

Самооценка шизоидов отличается признанием того, что связано с замкнутостью, одиночеством, трудностью контактов, непониманием со стороны окружающих. Отношение к другим проблемам оценивается гораздо хуже.

Противоречивости своего поведения шизоиды нередко не замечают или не придают этому значения. Любят подчеркивать свою независимость и самостоятельность.

Соматические признаки, которые со времен Е. Kretschmer (1921) считаются свойственными шизоидам (астеническое телосложение, дряблая мускулатура, сутулая фигура, длинные ноги и высокий таз, слабо развитые гениталии, угловатость движений) у современных подростков можно видеть далеко не всегда. Акселерация развития и связанные с нею эндокринные сдвиги мог} т искажать эти черты, обусловливая, например, избыточную полноту или раннее и сильное сексуальное развитие.

С момента описания шизоидной психопатии было обращено внимание на ее сходство с некоторыми формами шизофрении, в частности с вялотекущей ее формой и с картиной дефекта после перенесенного шизофренического приступа. Это дало основание некоторым авторам вообще усомниться в существовании шизоидной психопатии как конституциональной аномалии характера, а все, что описывалось под ее названием, трактовать как дефект после приступа шизофрении, прошедшего незамеченным или случившегося в раннем детстве, или как «латентную» шизофрению. В итоге в прошлые десятилетия был период, когда шизоидная психопатия почти перестала диагностироваться и ее выраженные случаи стали рассматриваться как вялотекущая шизофрения, а шизоидные акцентуации с хорошей социальной адаптацией служили поводом для подозрений в отношении «латентной шизофрении». Со второй половины 70-х годов положение изменилось, и шизоидный тип характера как вариант конституциональной аномалии вновь получил признание.

Подростковый возраст создает особые трудности для дифференциальной диагностики шизоидной психопатии и вялотекущей шизофрении. Пубертатное заострение шизоидной психопатии может быть принято за начавшийся процесс или за новый «шуб», и, наоборот, дебют шизофрении может маскироваться подростковыми нарушениями поведения. Подробнее эта проблема рассматривается в гл. VII.

При психопатии все основные признаки шизоидности: замкнутость, отгороженность от людей, недостаток интуиции и сопереживания, уход в мир фантазий и увлечений — достигают крайности. Однако при умеренной степени шизоидной психопатии довольно часто обнаруживается возможность удовлетворительной адаптации, но в жестко ограниченных рамках. В этих условиях в узкой области могут даже достигаться значительные успехи (например, в области некоторых точных наук, занятиях прикладным искусством, игре в шахматы и т. п.), но при этом в обыденной жизни может обнаруживаться удивительная неприспособленность. При тяжелой психопатии дезадаптация иногда проявляется в стремлении полностью отгородиться от людей и жить только в своем фантастическом мире.

Владимир Б., 14 лет Единственный сын с дружной интеллигентной семье С детства замкнут, не любил шумных игр, в детском саду всегда играл один в стороне от ребят пли внимательно наблюдал, как играют другие дети. В школу пошел неохотно, в первые месяцы учебы появились тики. Когда привык к классу и учительнице, тики прошли. Учился удовлетворительно. Имел одного товарища, но близкой дружбы не было. С первых классов школы жил увлечениями. Собрал большую коллекцию бабочек, затем мастерил самострелы, игрушечные лодки с моторчиками, паровой двигатель Расспрашивал своего отца — инженера по профессии — об устройстве разных машин. Любил размышлять над возможностями разных изобретений.

В 12 лет родители отправили его в пионерский лагерь. Через несколько дней оттуда сбежал. Трое суток один шел лесом в город домой («не было денег на поезд»). Питался ягодами, один ночевал в лесу, обходил поселки, боясь, что его ищут и вернут обратно. В лагере воспитатели побег считали беспричинным — ни ссор, ни наказаний не было, убежал после того, как велели идти мыться в баню. В 14 лет был переведен в другую школу. Попал в класс, где властвовала компания хулиганов. Убежал из дому на пустовавшую дачу, принадлежавшую их родственникам; там скрывался несколько суток. Когда был наивен, причин побега никому не объяснил, отмалчивался, замкнулся. Был отправлен на обследование в подростковую психиатрическую клинику.

Во время беседы сперва был сдержан и немногословен, но затем охотно разговорился о своих увлечениях. Обнаружил хорошие знания техники, подтвердил, что мечтает стать изобретателем новых машин. Но свои поделки оценил весьма критически, сам назвал их «детскими игрунками». Затем по своей инициативе очень эмоционально рассказал о причине своих побегов. Всегда было трут, но знакомиться с новыми ребятами, среди взрослых чувствовал себя спокойнее. В лагере оказался выбитым из колеи. С детства стеснялся раздеваться при посторонних — поэтому убежал из бани (раньше никогда в общественных банях не бывал, и не знал что там моются голыми в присутствии других). Ему пригрозили наказанием и тем, что его вымоют насильно. Тогда решился убежать. Второй побег был вызван тем, что в школе над ним издевались хулиганы: в туалете пытались раздеть, приставали с сексуальными притязаниями, грозили избить. Никому об этом не рассказывал — стыдно было, что не смог постоять за себя. Бросил ходить на занятия: дома об этом не знали, часы уроков проводил на улице или в кино. Когда обнаружились прогулы, директор школы пригрозил отправить его в интернат. Испугался и убежал из дому прятаться на дачу. К родителям отношение теплое, особенно привязан к отцу. Сознался, что очень любит фантазировать «про себя» на темы изобретений или о том, о чем «стыдно говорить». В клинике подружился со спокойным, сдержанным мальчиком, также увлекающимся техникой.

При неврологическом осмотре — легкая асимметрия лицевой иннервации и сухожильных рефлексов. На ЭЭГ — без существенных отклонений. Физическое развитие — по возрасту, но сексуальное — с выраженной акселерацией (соответствует возрасту 16—17 лет).

Обследование с помощью ПДО. По шкале объективной оценки — диагностирован выраженный шизоидный тип. Имеются признаки, у называющие на возможность формирующейся психопатии. Конформность и реакция эмансипации умеренные. Отмечено выраженное отрицательное отношение к алкоголизации. По шкале субъективной оценки самооценка удовлетворительная- выступили шизоидные и меланхолические черты, достоверно отвергаются «черты гипертимные и циклоидные (самооценка свидетельствует не только о шизоидности, по и о возможном субдепрессивном состоянии).

Диагноз. Шизоидная психопатия умеренной степени.

Катамнез через 1 год. Был переведен в другую школу. Учится удовлетворительно, однако с интересом и успехом занимается только физикой и алгеброй. Остается замкнутым, друзей не имеет, побегов больше не совершал.

Шизоидный тип психопатий у подростков мужского пола является самым частым после эпилептоидного — 19 % (см. табл. 3). При этом случаи «чистых» шизоидов в большинстве были расценены как психопатии тяжелой или выраженной степени. В умеренных случаях социальная дезадаптация бывала парциальной — срыв наступал либо дома при благополучии по месту учебы или работы, либо в школе или на работе при удовлетворительной адаптации в семье.

Шизоидные акцентуации обычно не ведут за собой ни социальной дезадаптации, ни тяжелых нарушений поведения, ни невротических расстройств. Поэтому эти подростки редко попадают под наблюдение психиатра. Так, в общей популяции подростков мужского пола (см. табл. 3) шизоидная акцентуация установлена в 9 %, а среди поступивших в психиатрический стационар с непсихотическими нарушениями — в 7 %.

Скрытая шизоидная акцентуация может обнаруживаться, если ситуация предъявляет непосильные для данного типа характера требования — например, быстро установить широкий круг неформальных и достаточно эмоциональных контактов. Шизоиды также срываются, когда к ним настойчиво и бесцеремонно «лезут в душу».

Андрей А., 18 лет. В детстве, в школьные годы, во время учебы в педагогическом училище не обнаруживал каких-либо заметных особенностей характера. Был в меру общителен, имел приятелей, не чуждался компаний, участвовал в общественной работе. По окончании училища был направлен на работу, но не учителем, как ожидал, а старшим пионервожатым в загородную школу-интернат Сразу обнаружил, что эта работа, требовавшая большой общительности, умения лидерствовать, оказалась не по нему. Тяготился ею, не мог найти контакта с учениками Один из старших педагогов, вызывавший у пего неприязнь, стремился опекать ею, претендовал на роль духовного наставника Стал сторониться его, a затем и других учителей, замкнулся, ушел в себя, стал нелюдимым, избегал даже встреч с прежними приятелями, чтобы «не рассказывать о себе и своей работе». После работы часами бродил в одиночку по округе, мечтая об интересной жизни. Хотелось бы быть вдали от людей — попасть на необитаемый остров или служить лесником в уединенном месте, в то же время понимал никчемность этих желаний. Свои переживания лишь однажды открыл случайному попутчику, который непонятно чем ему понравился Вскоре ему предложили заменить заболевшего учителя. За несколько дней преобразился, установил контакты и с учениками, и с учителями, стал охотно принимать участие в общественных мероприятиях, возобновил дружбу с прежними товарищами.

Катамнез через 6 лет. Продолжает учительскую работу, хорошо с ней справляется. Закапчивает заочное отделение педагогического института.

Еще Е. Kretschmer (1921), описывая шизоидный тип, выделил его экспансивный и сенситивный варианты. Последний, как указывалось, правильнее рассматривать как тип особый, принадлежащий к широкой группе астенических психопатий и акцентуаций, так как замкнутость здесь вторичная, компенсаторная. Тем не менее среди шизоидов встречаются как стеничные, так и астенические личности. Разнообразие шизоидных проявлений может быть столь велико, что число описываемых вариантов могло оказаться двузначным. Поэтому представляется целесообразным констатировать сочетание шизоидности с чертами других типов — сенситивного, психастенического, эпилептоидного, истероидного, неустойчивого. Главная основа характера, его ядро при этом всегда остается шизоидным.

Шизоидная психопатия, видимо, является одной из наиболее эндогенно обусловленных. Недостатки воспитания в развитии самих шизоидных черт характера имеют вспомогательное значение. Считается, что доминирующая гиперпротекция способна усугубить шизоидные черты, однако чаще приходится наблюдать, что неправильное воспитание обусловливает наслоение на шизоидное ядро черт другого типа: при потворствующей гиперпротекции — истероидного, при господстве вокруг жестоких взаимоотношений — эпилептоидного, при гипопротекции, отдавшей подростка во власть асоциальных компаний,— неустойчивого.

Шизоидное расстройство личности | Клинический центр «Психиатрия – наркология»

Шизоидное расстройство личности — это замыкание в себе, избегание эмоциональных привязанностей, склонность к фантазиям и погружение в собственный внутренний мир. Люди, которые страдают шизоидным расстройством, испытывают затруднения в общении и налаживании социальных связей. Помощь психотерапевта позволяет смягчить острые грани взаимодействия с окружающим миром.

Слово «шизоидный» неслучайно созвучно шизофрении: проявления шизоидного расстройства похожи на симптомы, которые наблюдаются у пациентов с шизофренией: замкнутость, своеобразное мышление (за счет того, что человек постоянно наедине с собой), эмоциональная холодность, черствость.

Однако при данном расстройстве человек адекватно воспринимает действительность (нет бреда и галлюцинаций). Шизоидное расстройство — это особенность характера, склонность избегать взаимодействия с окружающим миром путем добровольной социальной изоляции, замыкания в себе и собственных фантазиях.

Шизоидное расстройство личности: симптомы и проявления

Чтобы установить диагноз «шизоидное расстройство личности», необходимо психотерапевт должен увидеть общие признаки шизоидного расстройства, а также как минимум три специфических критерия. К общим признакам расстройства личности относятся:

При шизоидном расстройстве личности присутствуют минимум три критерия из списка ниже. Специфические для шизоидного расстройства личности симптомы следующие:

  1. Мало что доставляет удовольствие — шизоидные личности обычно имеют ограниченный, узкий круг интересов, где, однако, могут достигать больших успехов (например, талантливые ученые, музыканты).
  2. Эмоциональная холодность — женщины и мужчины с шизоидным расстройством скупы на эмоции, как позитивные, так и негативные.
  3. Эгоизм, эгоцентричность — человек невосприимчив к мнению окружающих, как критическому, так и похвале.
  4. Уход в собственные фантазии.
  5. Склонность к уединению, отсутствие близких друзей (иногда — одна дружеская привязанность) и нежелание сближаться с окружающими, снижение либидо.

При постановке диагноза врач проводит дифференциальную диагностику с шизофренией, параноидным и другими расстройствами личности, шизотипическим, депрессивным, биполярным аффективным и тревожным расстройствами. От диагноза зависит, какую схему терапии предложит специалист — медикаментозную или преимущественно психотерапевтическую.

Как лечится шизоидное расстройство личности?

При шизоидном расстройстве личности лечение осуществляет врач-психотерапевт. Главный метод лечения — индивидуальная психотерапия в сочетании с общеукрепляющими и расслабляющими процедурами (физиотерапия, массаж, сеансы релаксации). Медикаментозное лечение при шизоидном расстройстве применяется редко, если у человека есть симптомы депрессии или невроза.

Во время курса врач не ставит задачу полностью изменить характер клиента, а лишь помогает ему адаптироваться к окружающему миру, состояться профессионально, поддерживать комфортные отношения с окружающими.

Если не лечить шизоидное расстройство, его симптомы (эмоциональная холодность, отстраненность и склонность к уединению) могут значительно мешать полноценной жизни. Обращение к психотерапевту помогает значительно улучшить качество жизни людей с шизоидным расстройством и их близких.

кто такие шизоиды? — T&P

Человеческие характеры очень разнообразны, но среди них, тем не менее, можно выделить типичные «рисунки». Для описания некоторых подобных паттернов в психологии существует понятие «акцентуация». Так называют сумму наиболее ярко очерченных свойств характера, которые еще находятся в пределах клинической нормы, но делают человека уязвимым к психологическим нагрузкам определенного типа. Шизоидная акцентуация — один из ее вариантов. T&P рассказывают о том, что отличает шизоида от шизофреника и человека с синдромом Аспергера, каковы сильные и слабые стороны этого типа и в каких отношениях он находится с близкими и с социумом.

Отстранение как защита

Рассказ о том, что же из себя представляют люди с шизоидной акцентуацией, стоит начать с понятия психологической защиты. Зигмунд Фрейд, увлеченный не только психологией, но и, внезапно, военной теорией, любил термины войны — и именно он ввел в обиход данное понятие. Он назвал так бессознательные психологические механизмы, которые помогают нам сберечь наш внутренний мир, его целостность. Несмотря на однозначность слова «защита», речь далеко не всегда идет о ситуациях неблагоприятных воздействий извне. Психологические защиты, краеугольный камень в психологии, это способ познания человеком мира, способ адаптироваться к его условиям. Два человека с разными защитами будут по разному видеть имеющуюся проблему — к примеру, один сделает вид, что никакой проблемы не существует, а второй — обесценит саму цель, ради которой надо было эту проблему решить.

Разные психологи выделяют разное число психологических защит. Но, тем не менее, есть «основная команда», без которой не обходится ни один список. В нее, в частности, входит примитивное отстранение: в случае усталости, перегруженности информацией, стресса, агрессии извне люди, которым свойственна эта защита, просто «выключаются из реальности»: засыпают, уходят в себя, переключаются на мир собственных фантазий, перестают реагировать на внешние раздражители, просто убегают. Употребление веществ для изменения состояния сознания также может быть одним из видов примитивного отстранения.

Как правило, говоря о примитивном отстранении, обычно упоминают, что это защита, охотнее всего используемая шизоидами. Однако вопрос «что первично» в данном случае вполне уместен: ребенок, часто убегающий от реальности в мир собственных фантазий, «строит» этот мир, наполняет его новыми историями и смыслами, и привыкает к тому, что внешнее окружение часто далеко не так увлекательно, как «внутренняя империя». Таким образом, теория, согласно которой именно привычка к примитивной изоляции формирует шизоида, вполне имеет право на жизнь.

Шизоиды и не шизоиды

Прежде чем говорить о том, какими бывают шизоиды, стоит сказать о том, кем они не являются.

Общий корень со словом «шизофрения» может ввести в заблуждение: шизоидная акцентуация — это вовсе не то же самое, что и сама болезнь. Как и со всеми прочими акцентуациями, здесь есть некий континуум, на одном из краев которого находятся совершенно здоровые психологически люди с некоторыми, не слишком выраженными, чертами характера, свойственными шизоидам — индивидуализмом, некоторой закрытостью, склонностью беречь свои внутренние границы. Чем ближе к другому его концу, тем больше заостряются и выпирают эти черты и тем больше их способность «портить жизнь» человека. И, наконец, на другом, патологическом, краю континуума, находится диагноз шизофрения. Как правило, люди, страдающие ей, до начала болезни были обладателями шизоидной акцентуации. Однако большинству (абсолютному большинству, к счастью) шизоидов шизофрения вовсе не грозит.

Из-за их замкнутости и отчужденности шизоидов можно спутать с людьми с диагнозами аутистического спектра, например, «аспергиками». Однако если «аспи» зачастую не понимают, что чувствуют или думают окружающие, шизоиды, как правило, чувствуют это очень остро. Просто далеко не всегда хотят что-то делать с этим знанием. Человек с синдромом Аспергера, скорее всего, не заметит, что у его приятеля огорченный вид и тот хочет, чтобы его утешили. Шизоид заметит и все поймет — но нет никаких гарантий, что он найдет в себе мотивацию пойти утешать лично.

Сверхчувствительность и замкнутость

Хорошее понимание чужих эмоций — это частный случай общей шизоидной чувствительности. Эти люди живут «без кожи» — они чувствуют очень многое и остро реагируют на стимулы извне — от капающей из крана воды до требования принять участие в корпоративе. Чувствительность у шизоидов дополняется богатой эмоциональностью — в их мире очень много чувств. Вот только все они внутри, и до поверхности доходят лишь немногие. Именно из-за этого шизоидов часто и ошибочно видят деревянными и бесчувственными.

Одинокие странники

Страх поглощения — один из ведущих в складе характера шизоидов. Их так часто можно видеть в одиночестве именно потому, что чувство принадлежности чему-либо видится угрозой их индивидуальности. Альберт Эйнштейн писал об этом: «мое страстное чувство социальной справедливости и социальной ответственности всегда странно контрастировало с моими высказываниями об ограниченной необходимости в прямых контактах с другими человеческими существами и общинами. Я истинно «одинокий странник» и никогда всем сердцем не принадлежал ни моей стране, ни дому, ни даже моей семье; перед лицом всех этих связей я никогда не терял чувства дистанции и потребности в одиночестве»

Личные границы

Дистанция — способ сберечь свою индивидуальность, сохранить свой внутренний мир в безопасности от «захватчиков». Шизоиды куда больше живут «внутри», чем «снаружи», и высоко ценят границы своей внутренней империи. В то время, как другие, чувствуя себя плохо, стремятся «выйти к людям» и получить сочувствие, естественная реакция шизоида — залезть в свою «раковину» и отсидеться там до лучших времен. У них, как правило, бывает немного доверенных друзей, они вовсе не стремятся в любовных отношениях считать партнера «своей половинкой» (с чего бы вдруг, они и так целые). Это не значит, что они не ценят близость — просто зачастую им кажется, что ценой этой близости может стать их поглощение другим. Таким образом, колебания между сближением и отдалением — естественное для шизоида состояние.

Вне норм и условностей

Люди с шизоидной акцентуацией часто бывают эксцентричны. Не напоказ — у них нет потребности в аплодисментах или доказательствах своей уникальности. Просто они либо не обращают внимания на социальные ожидания, либо игнорируют те из них, которые кажутся им бессмысленными и глупыми. Еще один из мотивов пренебрегать условностями — все та же пресловутая шизоидная индивидуальность. Они нарушают нормы оттого, что им кажется, что эти нормы «определяют» их, вынуждают стать хоть немного, но другими. Необходимость подстраиваться и соответствовать окружению вызывает у них неприятное чувство фальши и притворства.

Честность — еще одно прямое следствие страха перед потерей индивидуальности. Среди всех акцентуированных людей у шизоидов меньше всего психологических защит — что означает, что они, как правило, лучше понимают собственные цели, мотивации и страхи. С одной стороны, это дополняет их чувство инаковости «почему все эти люди постоянно врут себе», с другой — подобная эмоциональная искренность может стать проблемой для них же и привести к выгоранию.

Шизоиды и самовыражение

Именно для того, чтобы избежать выгорания, трансформировать собственные эмоции и выразить собственную индивидуальность, шизоиды выбирают себе наиболее творческие работы, те области деятельности, где они, с их богатым воображением, интеллектуальным потенциалом и нестандартным мышлением, могут проявить себя: наука, искусство, религия — все это наиболее близкие шизоидам сферы деятельности.

Кому нужна помощь

Как понять, что человеку с шизоидной акцентуацией нужна медицинская или психологическая помощь? Как было написано выше, сама по себе акцентуация не является проблемой. Но если какие-то отдельные черты, связанные с ней — изоляция, неумение «вписываться», проблемы с построением романтических отношений — вызывают серьезный дискомфорт, стоит обратиться за помощью к психотерапевту. Также с шизоидной акцентуацией часто связывают склонность к депрессии и ангедонию (неспособность испытывать радость) — в этих случаях также стоит обратиться за помощью.

Шизоидные личности - психологический центр, помощь психотерапевта, консультация психолога

Личности, чей характер по существу шизоидный, являются предметом широко распространенного неправильного понимания, основанного на общем заблуждении, что шизоидная динамика всегда в значительной степени примитивна. Поведение шизоидного человека нередко бывает странным или даже эксцентричным. Другие нешизоидные люди имеют тенденцию патологизировать людей с шизоидной динамикой, хотя они могут быть компетентными и автономными и имеют значительные сильные области. Действительно, шизоидные люди составляют диапазон от подлежащих госпитализации кататоников до творящих гениев.

Личность может быть шизоидной на любом уровне – от психологически недееспособных до более чем нормальных. Людей с этим типом характера привлекают возможности, подобные философским изысканиям, духовным дисциплинам, теоретическим наукам и творческой деятельности в искусстве. На границе шизоидного спектра, соответствующей высокому уровню функционирования, мы обнаруживаем в высшей степени оригинальных и выдающихся личностей.

Клинический опыт наводит на мысль, что, с точки зрения темперамента, личности, становящиеся шизоидными, являются гиперреактивными и легко поддаются перестимуляции. Шизоидные пациенты часто описывают сами себя врожденно сензитивными, а их родственники часто рассказывают, что в детстве их угнетал избыток света, шума или движения. Как будто бы нервные окончания у шизоидов находятся ближе к поверхности, чем у всех остальных.

В специальных исследованиях существуют сообщения поколений родителей, что в то время как большинство младенцев прижимается, прилипает и цепляется за тело того, кто о них заботится, некоторые новорожденные «окостеневают» или уклоняются – как будто бы взрослый вторгся и нарушил их комфорт и безопасность. Можно ожидать, что такие дети конституционально склонны к образованию шизоидной личностной структуры, особенно если имеет место «плохая подгонка» между ними и теми, кто осуществляет главную заботу о них.

Шизоидная личность озабочена необходимостью избежать опасности быть поглощенной, всосанной, разжеванной, привязанной, съеденной. Окружающий мир ощущается ими как пространство, полное потребляющих, извращающих, разрушающих сил, угрожающих безопасности и индивидуальности. Им свойственно удаляться, избегать, искать удовлетворения в фантазии, отклонять физический вещественный мир. Шизоидные люди бывают физически тонкими – настолько далеки они от эмоционального контакта со своей собственной ненасытностью (Kretschmer).

Подобным же образом, шизоидные люди не производят впечатление высокоагрессивных личностей, несмотря на то, что некоторые их фантазии содержат насилие. Члены их семей и друзья часто считают этих людей необыкновенно мягкими, спокойными. Об одном из моих друзей, чьей постоянной яркостью и шизоидным безразличием к социальным нормам я восхищалась долгое время, на его свадьбе старшая сестра говорила с любовью, что он всегда был «кротким человеком». Эта мягкость существует в очаровательном противоречии с их любовью к фильмам ужасов, книжкам о настоящих преступлениях и апокалиптическими видениями о разрушении мира.

Большинство аналитиков, которым пришлось работать с людьми подобного типа, приходили к выводу, что шизоидные пациенты похоронили и свой голод и свою агрессию под толстым тяжелым одеялом защит.

Удивительно, что при этом одной из наиболее поразительных черт многих функционирующих на достаточно высоком уровне личностей с шизоидной динамикой является недостаток у них общих защит. Они имеют тенденцию находиться в соприкосновении со многими эмоциональными реакциями до уровня подлинного переживания, что отдаляет и даже пугает тех, с кем они общаются. Для шизоидных людей характерно, что они недоумевают: как это все остальные могут так успешно обманывать себя, если суровая правда жизни так очевидна.

Отчуждение, от которого так страдают шизоидные люди, частично проистекает из опыта, что их эмоциональные, интуитивные и чувственные возможности не были достаточно оценены – другие просто не видят, что они делают.

Способность шизоидных людей воспринимать то, что другие люди не признают или игнорируют, настолько естественна и успешна, что они оказываются недостаточно эмпатичны к менее прозрачному, менее амбивалентному, менее эмоционально травмирующему миру нешизоидных людей. Кажется, что шизоидные люди не борются с проблемами, порождаемыми стыдом или виной. Они имеют тенденцию принимать и себя, и мир достаточно полно – как будто бы без внутреннего стремления воспринимать различие вещей или страдать от осуждения. Возможно, они страдают от значительной тревоги по поводу базальной безопасности. Чувствуя себя подавленными, они прячутся – или буквально уходя в отшельничество, или погружаясь в свои фантазии.

Шизоидные люди более чем другие оказываются «аутсайдерами», наблюдателями, исследователями человеческого существования. «Расщепление», содержащееся в этимологии слова «шизоид», проявляется в двух областях: между собственным «Я» и окружающим миром; между переживаемым собственным «Я» и желанием.

Объектные отношения шизоидных личностей

Первичный конфликт в области отношений у шизоидных людей касается близости и дистанции, любви и страха. Их субъективную жизнь пропитывает глубокая амбивалентность по поводу привязанности. Они страстно жаждут близости, хотя и ощущают постоянную угрозу поглощения другими. Они ищут дистанции, чтобы сохранить свою безопасность и независимость, но при этом страдают от удаленности и одиночества. Роббинс суммирует эту динамику в таком сообщении: «Подойди ближе – я одинок, но оставайся в стороне – я боюсь внедрения».

Об истоках шизоидной личности можно получить больше информации на основе наблюдений тех условий роста, при которых оказывается, что подросток движется в шизоидном направлении. Одним типом отношений, который, возможно, провоцирует избегание у ребенка, является покушающийся, сверхвовлеченный, сверхзаботливый тип воспитания. Шизоидный мужчина с удушающей матерью – вот что составляет главную тему популярной литературы в последнее время. Это же явление можно обнаружить и при специальных исследованиях. Клиницисты, наблюдающие пациентов-мужчин с шизоидными чертами, как правило, обнаруживают в семейном основании соблазнительную нарушающую границы мать и нетерпеливого, критикующего отца.

Развитию шизоидного паттерна отстраненности и ухода, возможно, способствует не только уровень, но и содержание родительской вовлеченности. Многие наблюдатели семей тех пациентов, у которых развился шизофренический психоз, подчеркивали роль противоречивых и дезориентирующих коммуникаций.
Возможно, что такие паттерны вообще ответственны за шизоидную динамику.
Ребенку, находящемуся в ситуации двойного зажима и эмоционально фальшивых сообщений, легко стать зависимым от ухода, чтобы защитить свое собственное «Я» от непереносимого уровня гнева и сомнений. Он может также ощущать глубокую безнадежность. Подобное отношение нередко отмечается у шизоидных пациентов.

В явном противоречии с теорией о роли покушающихся родителей в развитии шизоидных черт находятся некоторые сообщения о людях, чье детство характеризовалось одиночеством и пренебрежением родственников в такой степени, что их приверженность уходу (независимо от степени глубины изоляции) можно понять как создание хорошего по необходимости. Для литературы о шизоидных феноменах – подобная литература широко распространена благодаря высокой социальной цене шизофрении – типично, что везде можно обнаружить контрастирующие и взаимоисключающие формулировки. И покушение, и депривация совместно определяют шизоидную проблему: если кто-то одинок или подвергается депривации, а родители доступны только в тех случаях, когда они проявляют себя как неэмпатичные и вторгающиеся, разрастается конфликт «тоска-избегание», «близость-дистанцирование». Исследование М. Кана подчеркивает комбинацию «кумулятивной травмы» от недостатка реалистичной материнской защиты.

Шизоидное собственное «Я»

Одним из наиболее поражающих аспектов людей с шизоидной организацией личности является их игнорирование общественных ожиданий. Шизоиды могут быть совершенно индифферентны к тому эффекту, который они производят на других, а также к оценивающим ответам, исходящим от окружающих. Согласие и конформность направлены против природы шизоидных людей, независимо от того, переживают ли они субъективно болезненное одиночество. Даже если эти люди видят некоторую целесообразность в приспособлении, они, скорее, ощущают неловкость и даже нечестность, участвуя в светской болтовне или в общественных делах. Шизоидное собственное «Я» всегда находится на безопасной дистанции от остального человечества.

Одна из возможностей понимания этого очевидного преднамеренного предпочтения эксцентричности и пренебрежения обычаями состоит в том, что шизоидные личности старательно предотвращают возможность быть определенными – психологически привязанными и приглаженными – другими людьми. Таким образом, для личностей с шизоидной структурой характера состояние покинутости оказывается менее губительным, чем поглощение. М. Балинт в известной статье с вызывающим названием «Дружественное пространство – ужасный пустой мир» противопоставляет две разнонаправленные ориентации характера: «филобаты» (philobat), любители дистанции (дословно – самостоятельности, примеч. переводчика), которые ищут успокоения в уединении, и «окнофилы» (oknophil), стремящиеся к близости (при стрессе они обращаются к другим, ищут плечо, чтобы опереться). Шизоидные люди – абсолютные филобаты. Можно предсказать следующее: поскольку люди часто тянутся к тем, кто имеет противоположные, вызывающие зависть стремления, шизоидов нередко привлекают теплые, экспрессивные, социабельные люди, например, истерические личности. Эта склонность создает почву для возникновения многих семейных, возможно, даже комических проблем, когда нешизоидный партнер пытается разрешить межличностное напряжение, постоянно приближаясь. В то же время шизоид, опасаясь поглощения, старается удалиться.

Не хочу, чтобы сложилось впечатление, что шизоиды – это холодные и безразличные люди. Они могут быть очень заботливыми по отношению к другим, хотя и продолжают при этом нуждаться в сохранении защитного личного пространства. Без сомнения, некоторые из них выбирают занятие психотерапией, где они могут безопасно применить свою исключительную сензитивность, помогая другим. Для людей с ядерным конфликтом на тему близости и дистанции эта профессия может быть привлекательна именно тем, что дает возможность узнать других максимально близко и при этом позволяет остаться вне досягаемости чьих-то интерпретаций.

Самоуважение людей с шизоидной динамикой часто поддерживается индивидуальной творческой деятельностью. При этом для них более важными оказываются именно аспекты личностной целостности и самовыражения, а не сторона самооценки. Там, где психопат ищет доказательств собственной силы, а нарциссическая личность – восхищения для подпитки самоуважения, шизоид стремится к подтверждению его исключительной оригинальности, сензитивности и уникальности. Подтверждение должно быть скорее внутренним, чем внешним, и, благодаря высоким стандартам в творчестве, шизоиды нередко бывают резко самокритичны. Настойчивость, с которой они добиваются аутентичности, так велика, что фактически гарантирует их изоляцию и деморализацию.

Защитные и адаптационные процессы у шизоидных личностей по Н. Мак-Вильямс

Как уже отмечалось выше, патогномонической защитой шизоидной личностной организации является уход во внутренний мир, в мир воображения. Кроме того, шизоидные люди нередко используют проекцию и интроекцию, идеализацию, обесценивание и, в меньшей степени, другие защиты, происходящие из того периода, когда «Я» и другой еще не были полностью психологически дифференцированы.

Среди более «зрелых» защит интеллектуализация явно предпочитается большинством шизоидных людей. Они редко полагаются на механизмы, которые вычеркивают аффективную и чувственную информацию, – отрицание или подавление (репрессия). Подобным же образом, защитные операции, организующие опыт по линиям плохого и хорошего, – разделение на части, морализация, уничтожение, реактивное образование и поворот против себя – не являются преобладающими в их репертуаре. При стрессе шизоиды удаляются от собственного аффекта, так же, как и от внешней стимуляции, представляясь туповатыми, уплощенными или несоответствующими, часто несмотря на видимость высокой степени созвучия аффективным посланиям других.

Наиболее адаптивной и волнующей способностью шизоидных личностей является их креативность. Большинство действительно оригинальных художников имеет сильный шизоидный радикал почти по определению, поскольку они должны противостоять рутине и вносить в нее новую струю. Более здоровый шизоид направит свои ценные качества в искусство, научные исследования, теоретические разработки, духовные изыскания. Более нарушенные индивиды данной категории пребывают в своем личном аду, где их потенциальные способности поглощаются страхом и отстраненностью. Сублимация аутистического ухода в творческую активность составляет главную цель терапии с шизоидными пациентами.

Первичные (примитивные) защитные процессы

То, что мы у зрелых взрослых называем защитами, не что иное как глобальные, закономерные, здоровые, адаптивные способы переживания мира. Первым, кто наблюдал некоторые из этих процессов и дал им названия, был Фрейд. Выбор им термина «защита» отражает два аспекта его мышления.

Во-первых, Фрейд восхищался военными метафорами. Стремясь сделать психоанализ приемлемым для скептически настроенной публики, он часто в педагогических целях использовал аналогии, сравнивая психологические действия с армейскими тактическими маневрами, с компромиссами при решении различных военных задач, со сражениями, имеющими неоднозначные последствия.

Во-вторых, когда Фрейд впервые столкнулся с наиболее драматическими и запоминающимися примерами того, что мы теперь называем защитами (прежде всего с вытеснением и конверсией), он увидел эти процессы действующими в их защитной функции. Изначально его привлекали люди с эмоциональными нарушениями, с преобладанием истерических черт, люди, которые пытались таким образом избежать повторения предыдущего опыта, которое, как они опасались, могло принести им невыносимую боль. В конечном счете, для них было бы лучше полностью пережить переполняющие их эмоции, которых они так опасаются, и тем самым высвободить свою энергию  для развития собственной жизни. Таким образом, наиболее ранний контекст, в котором говорилось о защитах, был тот, где задачей терапевта служило уменьшение их интенсивности.

В данном контексте терапевтическая ценность ослабления или слома неадаптивных защит личности самоочевидна. К сожалению, в пылу энтузиазма, с которым были встречены ранние наблюдения Фрейда, идея, что защиты по природе своей малоадаптивны, распространилась среди светской публики до такой степени, что это слово приобрело незаслуженно негативный оттенок. Назвать кого-либо защищающимся значило подвергнуть критике. Фактически, аналитически ориентированные терапевты иногда рассматривают определенные проблемы – прежде всего психотические и близкие к психотической «декомпенсации» – как свидетельство недостаточности защит.

Феномены, которые мы называем защитами, имеют множество полезных функций. Личность, чье поведение носит защитный характер, бессознательно стремится выполнить одну или обе из следующих задач: (1) избежать или овладеть неким мощным угрожающим чувством – тревогой, иногда сильнейшим горем или другими дезорганизующими эмоциональными переживаниями; (2) сохранение самоуважения. Психоаналитические мыслители полагают, что каждый человек предпочитает определенные защиты, которые становятся неотъемлемой частью его индивидуального стиля борьбы с трудностями.

Использование определенной защиты или набора защит является результатом сложного взаимодействия по меньшей мере четырех факторов: (1) врожденного темперамента; (2) природы стрессов, пережитых в раннем детстве; (3) защит, образцами для которых (а иногда и сознательными учителями) были родители или другие значимые фигуры; (4) усвоенных опытным путем последствий использования отдельных защит (на языке теории обучения – эффект подкрепления).

Как правило, к защитам, рассматриваемым как первичные, незрелые, примитивные, или защиты «низшего порядка» относятся те, что имеют дело с границей между собственным «я» и внешним миром. Защиты, причисляемые ко вторичным, более зрелым, более развитым или к защитам «высшего порядка», «работают» с внутренними границами – например, между частями Эго. Чтобы быть классифицированной как примитивная, защита должна обнаруживать наличие в себе двух качеств - иметь недостаточную связь с принципом реальности и недостаточный учет отделенности и константности объектов, находящихся вне собственного «Я».

Например, когда ребенок удовлетворен, присутствие матери связано для него с глобальным ощущением «хорошей матери», а когда он фрустрирован – та же мать ощущается им как абсолютно «плохая мать». Мы полагаем, что пока младенец не достиг этапа развития, когда он будет в состоянии признать, что перед ним в обеих ситуациях – один и тот же человек, в присутствии которого ему иногда хорошо, а иногда плохо, пока он не достиг этого этапа, каждое его переживание тотально, дискретно, определенно.

Примитивная изоляция

Когда младенец перевозбужден или расстроен, он попросту засыпает. Психологический уход в другое состояние сознания – это автоматическая реакция, которую можно наблюдать у самых крошечных человеческих существ. Взрослый вариант того же самого явления можно наблюдать у людей, изолирующихся от социальных или межличностных ситуаций и замещающих напряжение, происходящее от взаимодействий с другими, стимуляцией, исходящей от фантазий их внутреннего мира. Склонность к использованию химических веществ для изменения состояния сознания также может рассматриваться как разновидность изоляции. Некоторые младенцы конституционально значительно более других склонны к такой форме реагирования на стресс: исследователи замечали, что более всего склонны к изоляции те малыши, которые наиболее чувствительны.

У конституционально впечатлительных людей нередко развивается богатая внутренняя фантазийная жизнь, а внешний мир они воспринимают как проблематичный или эмоционально бедный. Склонность к изоляции может усиливаться вследствие эмоционального вторжения или столкновения с людьми, заботившимися о младенце, а также с другими ранними объектами. Человека, привычно изолирующегося и исключающего другие пути реагирования на тревогу, аналитики описывают как шизоидного.

Очевидный недостаток защиты изоляцией состоит в том, что она выключает человека из активного участия в решении межличностных проблем. Люди, имеющие дело с шизоидной личностью, зачастую не знают, как получить от нее какую-либо эмоциональную реакцию. Личности, постоянно укрывающиеся в собственном внутреннем мире, испытывают терпение тех, кто их любит, сопротивляясь общению на эмоциональном уровне. Пациенту с серьезным эмоциональным расстройством трудно помочь вследствие явного безразличия к психотерапевту, стремящемуся завоевать его внимание и привязанность.

Главное достоинство изоляции как защитной стратегии состоит в том, что, позволяя психологическое бегство от реальности, она почти не требует ее искажения. Человек, полагающийся на изоляцию, находит успокоение не в непонимании мира, а в удалении от него. Благодаря этому, он может быть чрезвычайно восприимчив, нередко к большому изумлению тех, кто махнул на него рукой как на тупого и пассивного. И, несмотря на отсутствие склонности к выражению собственных чувств, такой человек бывает очень восприимчив к чувствам других.

На здоровом конце шизоидной оси мы находим людей, выдающихся своей креативностью: художников, писателей, ученых-теоретиков, философов, религиозных мистиков и других высокоталантливых созерцателей жизни, чье свойство находиться в стороне от стереотипов дает им способности к уникальному неординарному видению.

Примитивная идеализация и обесценивание

Любой может наблюдать, как горячо малыш стремится верить, что мама или папа могут защитить его от всех жизненных опасностей. Становясь старше, мы забываем, насколько пугающим было первое столкновение с реалиями враждебности, подверженности болезням и неудачам, смерти и другим ужасам.

Все мы склонны к идеализации. Мы несем в себе остатки потребности приписывать особые достоинства и власть людям, от которых эмоционально зависим. Нормальная идеализация является существенным компонентом зрелой любви. И появляющаяся в ходе развития тенденция деидеализировать или обесценивать тех, к кому мы питали детскую привязанность, представляется нормальной и важной частью процесса сепарации-индивидуации. У некоторых людей, однако, потребность идеализировать остается более или менее неизменной еще с младенчества. Их поведение обнаруживает признаки отчаянных усилий противопоставить внутреннему паническому ужасу уверенность в том, что кто-то, к кому они привязаны, всемогущ, всеведущ и бесконечно благосклонен, и психологическое слияние с этим сверхъестественным Другим обеспечивает им безопасность. Томление по всемогущественному заботящемуся существу естественным образом выражается в религиозных верованиях.

Примитивное обесценивание – неизбежная оборотная сторона потребности в идеализации. Чем сильнее идеализируется объект, тем более радикальное обесценивание его ожидает; чем больше иллюзий, тем тяжелее переживание их крушения.

Проекция, интроекция и проективная идентификация

Соединение вместе двух самых примитивных защитных процессов, проекции и интроекции, возможно, поскольку они представляют собой две стороны одной психологической медали. И там, и здесь наблюдается недостаточность психологического разграничения собственной личности и окружающего мира. В нормальном младенчестве прежде чем у ребенка развивается способность разделять ощущения, приходящие изнутри и извне, у него имеется генерализованное ощущение «самого себя», тождественное переживанию «всего мира». Вероятно, младенец, которого мучают колики, субъективно переживает это как «Боль!», чем как «Что-то внутри меня болит». Он еще не способен различать внутреннюю боль (колики) и происходящий извне дискомфорт, (давление слишком туго завязанных подгузников). На этом этапе начинают действовать процессы, которые позже в связи с их защитной функцией мы назовем проекцией и интроекцией. Когда эти процессы работают сообща, они объединяются в единую защиту, называемую проективной идентификацией.

Проекция – это процесс, в результате которого внутреннее ошибочно воспринимается как приходящее извне. В своих благоприятных и зрелых формах она служит основой эмпатии. Поскольку никто не в состоянии проникнуть в чужую психику, для понимания субъективного мира другого человека мы должны опираться на способность проецировать собственный опыт. Хорошо известно, что влюбленные воспринимают состояния друг друга способами, которые сами не могут логически объяснить.

Проекция в своих пагубных формах несет опасное непонимание и огромный ущерб межличностным отношениям. В тех случаях, когда спроецированные позиции серьезно искажают объект или когда спроецированное содержание состоит из отрицаемых и резко негативных частей собственного «Я», возникают всевозможные проблемы. Кто-то может возмущаться тем, что их неправильно воспринимают. Если этим людям приписывают, например, предубежденность, зависть или преследование (эти качества чаще всего игнорируются у себя и приписываются другим), они платят тем же. Если для человека проекция является основным способом понимания мира и приспосабливания к жизни, можно говорить о параноидном характере.

Интроекция — это процесс, в результате которого идущее извне ошибочно воспринимается как приходящее изнутри. В своих благоприятных формах она ведет к примитивной идентификации со значимыми другими. Маленькие дети вбирают в себя всевозможные формы поведения значимых в их жизни людей. Задолго до того, как ребенок становится способным принять субъективное волевое решение быть таким, как мама или папа, он уже «проглотил» их в некоем примитивном смысле.

В своих не столь позитивных формах интроекция, как и проекция, представляет собой очень деструктивный процесс. Наиболее известные и впечатляющие примеры патологической интроекции включают в себя процесс, названный, если учитывать его примитивность, несколько неудачно – «идентификация с агрессором». Например, в ситуациях переживания страха или плохого обращения люди пытаются овладеть своим страхом и страданием, перенимая качества мучителей. «Я не беспомощная жертва, я сам наношу удары и я могущественен» – людей неосознанно влечет к подобной защите. Понимание данного механизма критически важно для процесса психотерапии.

При проективной идентификации пациент не только проецирует внутренние объекты, но и вынуждает человека, на которого он их проецирует, вести себя подобно этим объектам – как если бы у него были те же самые интроекты.

Проективная идентификация – воздействие особо мощное и бросающее вызов способности терапевта к оказанию помощи. Эта защита имеет для клиницистов особую репутацию источника мучений. Когда вы имеете дело с пациентом, абсолютно уверенным в «истинности» ваших чувств, с его неустанной борьбой за то, чтобы вы почувствовали именно это, – нужна ясная голова и железная самодисциплина для того, чтобы выдержать подобный эмоциональный напор.

Более того, поскольку все мы – люди, внутри каждого из нас находятся любые эмоции, защита и позиция. Поэтому никогда нельзя сказать, что осуществляющий проективную идентификацию абсолютно неправ. На пике клинического взаимодействия действительно бывает очень трудно обозначить, где кончается защита пациента и начинается психика терапевта. Действие этой защиты у пациента угрожает уверенности терапевта в собственном психическом здоровье.

Этот процесс может проявляться в нашей обыденной жизни множеством тонких и вполне благотворных действий, без какой-либо психопатологии. Например, когда проецируемое и интроецируемое содержание вызывает чувства любви и радости, это может объединить группу благотворной эмоцией.

Интеллектуализация

Интеллектуализацией называется вариант более высокого уровня изоляции аффекта от интеллекта. Человек, использующий изоляцию, обычно говорит, что не испытывает чувств, в то время как человек, использующий интеллектуализацию, разговаривает по поводу чувств, но таким образом, что у слушателя остается впечатление отсутствия эмоции.
Например, комментарий «Ну да, естественно, я несколько сержусь по этому поводу», брошенный мимоходом, равнодушным тоном, предполагает, что сама мысль о чувстве гнева теоретически приемлема для человека, но его актуальное выражение все еще блокировано.

Когда пациенты в процессе психоанализа интеллектуализируют по поводу своего лечения, они пытаются суммировать свой материал, сидя на кушетке и говоря таким тоном, который больше подходит для сводки погоды, чем для раскрытия того, что ими движет. Интеллектуализация сдерживает обычное переполнение эмоциями таким же образом, как изоляция сдерживает травматическую сверхстимуляцию. Когда человек может действовать рационально в ситуации, насыщенной эмоциональным значением, это свидетельствует о значительной силе Эго, и в данном случае защита действует эффективно. Многие люди чувствуют себя более зрело, когда интеллектуализируют в стрессовой ситуации, а не дают импульсивный, «сопляческий» ответ.

Однако, если человек оказывается неспособным оставить защитную когнитивную неэмоциональную позицию, то другие склонны интуитивно считать его эмоционально неискренним. Секс, добродушное поддразнивание, проявление артистизма и другие соответствующие взрослому человеку формы игры могут быть излишне ограничены у человека, который научился зависеть от интеллектуализации, справляясь с жизненными трудностями.

Сублимация

Изначально считалось, что сублимация является «хорошей» защитой, благодаря которой можно находить креативные, здоровые, социально приемлемые или конструктивные решения внутренних конфликтов между примитивными стремлениями и запрещающими силами.

Данная защита расценивается как здоровое средство разрешения психологических трудностей по двум причинам: во-первых, она благоприятствует конструктивному поведению, полезному для группы, во-вторых, она разряжает импульс вместо того, чтобы тратить огромную эмоциональную энергию на трансформацию его во что-либо другое. Такая разрядка энергии считается положительной по своей сути: она позволяет человеческому организму поддерживать необходимый гомеостаз.

Итак, способ страдания человека отражает его личностную организацию. И попытка смягчить страдание требует чуткого отношения к индивидуальным особенностям. И кактус, и плющ растут, если их поливают и достаточно освещают. Но садовник, не учитывающий особенностей каждого растения, никогда не вырастит их полноценными.

Понимание разнообразия людей, основ их характеров является чрезвычайно значимым для ведения эффективной психотерапии – независимо от того обстоятельства, есть ли у пациента проблемы, обозначаемые как характерологические или их не существует.

Каждый из нас испытывает сильные страхи и желания детства. Ими возможно управлять с помощью доступной в данный момент защитной стратегии. При этом одни методы преодоления стоит поддерживать, а другие должны заменить ранние жизненные сценарии.

что это, симптомы и лечение шизоидного расстройства в статье психотерапевта Федотова И. А.

Дата публикации 25 октября 2018Обновлено 16 августа 2021

Определение болезни. Причины заболевания

Теоретические размышления о природе шизоидного расстройства личности (ШРЛ) стали причиной многочисленных дискуссий среди психиатров и психоаналитиков. Сегодня под этим личностным нарушением понимают пограничный тип организации психики, которому с точки зрения внутрипсихической структуры свойственны разобщение внутреннего Я, а именно рассогласование между эмоциональной и интеллектуальной сферами. Такие люди внешне кажутся замкнутыми, задумчивыми, они практически никак не выражают эмоции, проявляют безразличие к социальным взаимодействиям (к похвале или к критике в том числе), их поведение обычно нестандартное, эксцентричное, а порой и вычурное.

Индивиды с этим личностным расстройством часто не имеют доступ к тому, что они чувствуют, о чём при этом они думают и какие потребности переживают в этот момент. Однако несмотря на такое сочетание противоречивых черт и поступков, а также бедную на первый взгляд эмоциональную палитру, люди с шизоидной организацией креативны, способны к созданию близких отношений с другими людьми (что, правда, бывает достаточно редко). Они, наряду с сильной охраной своих личностных границ, бережны и уважительны к границам окружающих. Многие из них находят своё призвание в искусстве, в теоретических и точных науках, а также в философских и духовных знаниях.[1][2][5][6]

Распространённость шизоидного расстройства личности

Согласно DSM-5 и современным исследованиям, встречаемость данного расстройства составляет порядка 5% всего населения Земли.[4]

ШРЛ чаще выявляют у мужчин. При обследовании пациентов с депрессией шизоидное расстройство было обнаружено у 3 % мужчин и только у 0,8 % женщин.[10] Причины такого соотношения до конца неясны. Исследователи предположили, что некоторые симптомы ШРЛ схожи с чертами, которые традиционно считают женскими, из-за чего клиницисты неверно ставят диагноз. Но другие учёные опровергли эти гипотезы.[11] 

Причины шизоидного расстройства личности

Точная причина развития ШРЛ неизвестна. Клинический опыт предполагает, что по темпераменту эти люди гиперреактивны и легко реагируют даже на незначительную стимуляцию. Сами пациенты обычно характеризуют себя как от природы чувствительных, интуитивных, тонко воспринимающих мир. В детстве они могли проснуться от любого шороха, прятались и съёживались от громких звуков или резких движений взрослых.

ШРЛ, как и другие расстройства, развивается с детства, но окончательный диагноз ставят только после наступления совершеннолетия, так как личность человека c возрастом может измениться.[12] 

Шизоидное расстройство личности у детей и подростков

Наблюдения психоаналитиков за новорождёнными показали, что склонные к шизоидной структуре личности младенцы напрягаются и даже отклоняются назад, когда заботливые родители пытается их обнять. Феноменологически, это защита своего комфорта и безопасности от внедрения другого, даже близкого человека.

К 3-4 годам эти дети проявляют признаки шизоидного нарушения уже гораздо ярче: они выбирают тихие, спокойные, уединённые игры, мало нуждаются в опеке родственников. В более старшем возрасте они начинают задаваться философскими вопросами (например, о происхождении мира и т.д.), проявлять интерес к абстрактному, неизведанному, тайному, а также необычно объяснять повседневные вещи и видеть окружающее шире, чем это могу делать остальные.

Дети с ШРЛ стараются меньше общаться с окружающими. Взрослея, они выбирают профессии, которые позволяют не взаимодействовать с людьми, даже если такие должности ниже их уровня способностей. Они нередко жертвуют близостью, чтобы сохранить автономию. Неопределённая, обеднённая или слишком конкретная речь, ограниченный зрительный контакт и интонации ещё сильнее затрудняют общение.

Некоторые люди с шизоидным расстройством тяготеют к традиционному образу жизни, но большинство из них не умеют адекватно реагировать на социальные стимулы. По этой причине они могут эмоционально привязываться к неживым объектам или животным, а не к людям.[13][14] 

Огромная трагедия шизоидно организованных детей состоит в недостатке эмпатии со стороны окружающих людей, даже со стороны родителей. Их отчуждённость, которая также приносит и страдания, имеет в своем начале ощущение непонимания и обесценивания другими.

 

Как показали исследования, у детей школьного возраста с ШРЛ была нарушена эмпатия, преобладали странные стили общения и они были склонны к одиночеству. Также для них характерна повышенная межличностная чувствительность и психическая ригидность, т. е. недостаток гибкости в привычках и поведении.

Вопреки предположению об изменчивости личности, признаки ШРЛ оказались стабильными: у многих испытуемых расстройство диагностировали и во взрослом возрасте. Кроме того, у двух детей со временем развилась шизофрения.[15][16][17]

При обнаружении схожих симптомов проконсультируйтесь у врача. Не занимайтесь самолечением - это опасно для вашего здоровья!

Симптомы шизоидного расстройства личности

Согласно DSM-5, шизоидное расстройство относится к кластеру А (необычные или эксцентричные расстройства).[3][4] Признаки шизоидного расстройства:

Часто такой человек описывается как холодный, незаинтересованный, избегающий ​​и отстраненный, он как бы не нуждается в социальных или семейных отношениях.

 

В DSM-5 при определении ШРЛ делается акцент на такие диагностически значимые критерии, как социальный и межличностный дефицит, который сопровождается острым чувством дискомфорта в близких отношениях, а также наличие когнитивных и перцептивных искажений, эксцентричного поведения, проявляющегося с раннего детского возраста и сохраняющегося всю жизнь.[3][4]

Люди с шизоидным расстройством часто описываются другими как отчуждённые, холодные и отстранённые. Те, кто страдает от расстройства, могут предпочесть одиночество, но некоторые могут также испытывать страдания от одиночества и социальной изоляции.

Обычно расстройство становится заметным в детстве, а проявляется в раннем взрослом возрасте. Симптомы расстройства могут влиять на несколько областей жизни, включая семейные отношения, учёбу и работу.

Люди с таким расстройством, как правило, реже заводят новые знакомства, редко встречаются и часто не создают семьи. Симптомы расстройства могут также затруднять работу на должностях, требующих большого количества социального взаимодействия или навыков общения. Лица с шизоидным расстройством могут лучше справляться с работой, которая предполагает выполнение обязанностей в одиночестве.[2][5][7]

ШРЛ имеет некоторое сходство с шизофренией, особенно при рассмотрении некоторых общих для них характеристик, например, негативных симптомов при шизофрении: снижение эмоциональной экспрессии, аутизация и отсутствие мотивации. Некоторые другие расстройства личности также имеют параллельные черты с шизоидным расстройством: антисоциальные, нарциссические и пограничные расстройства личности.[8][9]

Симптомы шизоидного расстройства у мужчин и женщин

ШРЛ может проявляться немного по-разному в зависимости от пола. Однако диагноз ставится на основе определённых критериев, поэтому существенных отличий нет.[13][14]

Патогенез шизоидного расстройства личности

Нэнси Мак-Вильямс, доктор философии и психоаналитик, в своих работах часто рассуждает на тему патогенеза шизоидной личности. Она категорически не согласна с бытующим среди психиатров мнением, будто люди с шизоидной организацией психики примитивны и ненормальны. Она приводит множество примеров и доводов в пользу того, что высокоорганизованные шизоиды способны быть очень близкими с определёнными людьми, а также достигать больших высот в выбранной профессии. Такую патологизацию шизоидной личности Н. Мак-Вильямс связывает с непониманием со стороны «нешизоидных» людей. Она утверждает, что люди с шизоидным расстройством могут находиться на разных краях шизоидного континуума — от лежачего в клинике кататонического пациента до творческого гения.[2][9]

Многие учёные-психиатры, в том числе и отечественные, долгое время считали шизоидное расстройство началом шизофренического процесса или вялотекущей шизофренией. С точки зрения психоаналитической теории изоляция, как примитивный защитный механизм, делает личностно шизоидного человека чем-то похожим на пациента с шизофренией: ярко выраженная аутизация, социальная дезадаптация, специфическое мышление и аффективная дефицитарность (невозможность удовлетворения потребностей).

При исследовании больных шизофренией было обнаружено, что огромный процент этих людей имели в преморбиде (периоде развития болезни) шизоидный тип организации личности. Однако это открытие не означает, что индивиды с шизоидными чертами подвержены высокому риску развития психотического расстройства, так как эмпирические основания для такого утверждения, по мнению Н. Мак-Вильямс, не были получены.[2][3]

Также личности с шизоидной организацией могут в полной мере испытывать и стыд (в отличии от нарциссических людей), и вину (подобно депрессивным), таким образом воспринимать себя и мир такими, какие они есть. Однако они часто страдают от сильной тревоги за базовое чувство безопасности. Говоря психоаналитическим языком, шизоидное Я всегда стремится сохранить безопасное расстояние от остального человечества. Скорее всего это зависит от особенностей развития объектных отношений таких детей. Им свойственна глубочайшая амбивалентность (двойственность), связанная с привязанностью. Их мучает одиночество и отстранённость также сильно, как и стремление к дистанцированности с целью сохранения своих границ, а значит и обеспечения безопасности и отрешённости.[2][4][8][9]

Классификация и стадии развития шизоидного расстройства личности

Классификации шизоидного расстройства, которая имела бы большое практическое значение, не существует. Широко известна теоретическая работа американского психолога Теодора Миллона, который предложил различать следующие подтипы шизоидного расстройства:[7][9]

  1. Вялый шизоид, близкий по характеристикам к депрессивному расстройству личности: инертный, малоактивный, флегматичный, апатичный, медлительный, истощаемый.
  2. Дистанцированный шизоид, напоминающий лиц с тревожным или шизотипическим расстройством личности. Такие люди замкнутые, стремятся к одиночеству и самоизоляции.
  3. Деперсонализованный шизоид больше напоминает человека с шизотипическим расстройством. В структуре личности таких людей ярко выражены черты расщепления, диссоциации внутреннего Я ("это происходит не со мной, а с кем-то другим").
  4. Безэмоциональный шизоид имеет общие черты с личностью, страдающей ананкастным расстройством. Такой человек очень сдержан в проявлении эмоций, а в близких отношениях очень холоден, неотзывчив и безжизнен.

Как и любое другое расстройство личности, шизоидное в своём течении имеет две основные фазы (стадии):

Осложнения шизоидного расстройства личности

Что будет, если не лечить ШРЛ? Одной из серьёзных проблем данного расстройства является суицидальность. Обычно самоубийства людей, для которых характерны шизоидные черты, носят истинный характер, так как они тщательно ими планируются и скрываются. Именно эта печальная особенность отличает суициды у шизоидных личностей от самоубийств, например, при истерическом нарушении. Одним из объяснений такого феномена может быть тот факт, что люди с ШРЛ склонны к интроспекции, самоанализу, что часто приводит к устойчивой в сознании позиции относительно причин, по которым, как кажется человеку, нужно совершить самоубийство.[1]

Другим наиболее частым и опасным осложнением данного расстройства личности является его переход (трансформация) в прогредиентное психическое расстройство шизофренического спектра (шизофрению или шизотипическое расстройство). Люди с шизоидным расстройством всегда находятся в группе риска по расстройствам шизофренического спектра (например, среди тех людей, кто заболел шизофренией, более 60% имели ШРЛ в преморбиде).[9] Переход расстройства личности в прогредиентное заболевание всегда происходит незаметно через несколько последовательных этапов. Обычно дебют шизофрении проявляется продуктивной психопатологической симптоматикой — бредом (чаще всего связанный с преследованием), галлюцинациями, дезорганизацией мышления и речи и прочими нарушениями.

Ещё одним осложнением ШРЛ может стать присоединение других психопатологических расстройств. Наиболее часто возникают симптомы их спектра обсессивно-компульсивных и аффективных нарушений или болезни зависимости. Причём все эти коморбидные симптомы отличаются своей странностью и необычностью: например, у людей с ШРЛ могут быть очень странные фобии (страх дышать в общественном месте или страх отвечать на сообщения).

Диагностика шизоидного расстройства личности

Диагностика НРЛ, как и других расстройств личности, построена на клиническом методе и представляет собой использование различных клинических шкал и тестов.

Наиболее важными шкалами являются диагностические указания МКБ 10 пересмотра (используются большей частью в Европе и Азии) и DSM-5 (популярны в странах Северной и Южной Америки). К наиболее распространенным тестовым методикам можно отнести PDQ-4, которая представлена в электронном и печатном виде.

При постановке диагноза личностного расстройства необходимо использовать не только данные, предоставленные сам пациентом, но и т.н. коллатеральную информацию, получаемую от родственников, сослуживцев, соседей и других. Поскольку личностное расстройство начинается в раннем возрасте, то признаки шизоидизации можно наблюдать с самых ранних возрастных периодов. Эти черты прослеживаются по характеристикам со школы, в ранних воспоминаниях родителей этих пациентов, при изучении дневниковых записей людей с ШРЛ и т.д.

Параклинические методы диагностики (лабораторные и инструментальные) должны проводиться при постановке диагноза ШРЛ, но, к сожалению, они не могут напрямую подтвердить этот диагноз, так как до сих пор не выявлено ни одного патогномичного маркера.

Все дополнительные исследования необходимы для исключения схожих заболеваний. Обычный протокол дополнительных исследований включает в себя:

ШРЛ необходимо дифференцировать с эндокринной патологией, органическими поражениями головного мозга, последствиями психотравматических ситуаций и депрессией.

Лечение шизоидного расстройства личности

Несмотря на то, что полностью избавить пациента от личностного расстройства нельзя, это не означает, что в психотерапевтическом воздействии нет смысла. В психоаналитической литературе описаны массы клинических случаев, где исследуются процессы взаимодействия между пациентом и аналитиком с целью выявления ключевых аспектов этого контакта. Терапевт, который работает с шизоидным пациентом, должен уметь выдерживать его амбивалентность, которую очень точно описал А. Роббинс: «Подойди поближе — я одинок, но не приближайся — я боюсь вторжения». Одна из задач терапии — разрешить такую дилемму, найти компромисс.

Обычно пациенты с шизоидным расстройством обращаются за помощью к психотерапевтам только когда встречаются с какими-либо другими психологическими трудностями (сложности на работе, в личной жизни, депрессия и т.д.). Те шизоиды, которые, по словам Н. Мак-Вильямс, находятся на более повреждённом континууме, и развивают психотическую симптоматику и обычно проходят психиатрическое лечение в клиниках.[2][8]

В некоторых случаях требуется назначение психотропных средств. Предпочтение в данном случае отдаётся антипсихотическим препаратам. В некоторых исследованиях была продемонстрирована польза их применения в группе ультравысокого риска развития психоза для профилактики осложнений. Также небольшие дозы антипсихотиков второго поколения (например, сульпирида, амисульприда, арипипразола) могут помочь людям справляться и с основными симптомами ШРЛ.

При наличии коморбидных нарушений также показана терапия таргетными средствами: лечение антидепрессантами при фобиях и других тревожных расстройствах, нормотимиками при аффективной нестабильности и т.д.

Прогноз. Профилактика

Шизоидное расстройство является рано приобретённым (как и все другие расстройства личности) и появляется "на стыке" биологических и психологических причин. Причём точно эти причины до сих пор не определены. Отсюда проистекает и сложность описания научно-обоснованной тактики первичной профилактики и обоснования прогноза.

В качестве профилактики появления ШРЛ рекомендуется как можно раньше выявлять первые признаки начинающегося расстройства личности (имеется в виду тот период, когда, согласно меткому утверждению психиатров "старой школы", «человек не может жить нормально сам и мешает жить другим») и направлять такого пациента на психотерапевтическое лечение. Вряд ли эта терапия сможет полностью поменять человека, так как основы личностного реагирования закладываются в раннем детстве, и для их радикального изменения требуется большое количество мотивации. Однако психотерапевт может помочь индивиду компенсироваться, научиться уживаться со своими особенностями, найти им наиболее приемлемое применение в жизни.

В случае появлении у человека с ШРЛ симптомов повышенной тревожности, обманов восприятия, дезорганизации мышления и речи и других симптомов, указывающих на трансформацию заболевания в психотическое расстройство, показана профилактика в виде приёма антипсихотических препаратов. Они предотвращают развитие тяжёлого психоза. Не стоит бояться проходить лечение у психиатра. Сейчас существует большой арсенал препаратов с хорошей переносимостью и высокой эффективностью, что позволяется подобрать необходимое лечение и сохранить при этом у пациентов достаточный уровень качества жизни.

Шизоидные факторы в личности

Некоторое время назад меня очень заинтересовали психические процессы шизоидной природы. Случаи, в которых такие процессы были настолько выраженными, что свидетельствовали о явно шизоидных чертах личности, кажутся мне в настоящее время наиболее интересным и благодатным материалом из всего спектра психопатологии.

Среди различных, поддерживающих эту точку зрения соображений, специального упоминания заслуживают следующие:

 1) С тех пор, как шизоидные состояния признаны наиболее глубоко укорененными из всех психопатологических состояний, они обеспечили непревзойденную возможность для исследования не только основ личности, но и основных психических процессов.

2) Терапевтический анализ шизоидного случая обеспечивает возможность изучения широчайшего спектра психопатологических процессов у одного индивидуума; в подобных случаях окончательного состояния обычно достигаешь только после того, как использованы все доступные способы защиты (methods of defending) личности.

3) В противоположность общепринятому представлению, шизоидные личности, если они не слишком регрессировали, способны на больший психологический инсайт, нежели любые иные личности, нормальные, либо аномальные - факт, который, по крайней мере, частично объясняется их выраженной интровертированностью (т.е. занятостью внутренней реальностью) и знанием собственных глубинных психологических процессов (процессов, также наличествующих у индивидуумов, обычно классифицируемых как психоневротики и, тем не менее, исключаемых из сознания таких индивидуумов наиболее упорными проявлениями защиты и сопротивления).

4) Опять-таки, в противоположность общепринятому представлению, шизоидная личность демонстрирует удивительную способность к переносу и обладают неожиданно благоприятными терапевтическими возможностями.

Рассматривая явно шизоидные состояния, их можно разделить на следующие группы:

1. Собственно шизофрения.

2. Психопатическая личность шизоидного типа - группа, охватывающая большинство случаев психопатической личности (не исключая эпилептических личностей).

3. Шизоидный характер - большая группа, охватывающая индивидуумов, чьи личности обладают выраженными шизоидными чертами, однако их нельзя отнести к психопатическим.

4. Шизоидное состояние, или кратковременный шизоидный эпизод - категория, под которую, по-моему, подпадает значительная доля нервных срывов подростков.

Помимо явно шизоидных состояний, приведенных выше, достаточно часто выделяются черты шизоидной природы, которые демонстрируют пациенты, чьи симптомы в основном психоневротические (т.е. истерические, фобические, обсессивные, или просто тревожные). Такие черты, конечно же, проявляются с большей вероятностью, когда психоневротические защиты, которые использовались личностью, ослабевают в ходе и посредством аналитического лечения. При хорошем знакомстве с шизоидной основой, находящейся на заднем плане, возможности аналитика к выявлению шизоидных черт в первоначальном интервью существенно возрастают.

В связи с этим интересно отметить наличие истерических и обсессивных симптомов в предшествующей истории тридцати двух больных шизофренией из 100 случаев психических заболеваний, исследованных Masserman и Carmichael (Journal of Mental Science, Vol LXXXIV, pp. 893-946). Эти авторы обнаружили, что "не менее, чем у пятнадцати из тридцати двух пациентов, развитию открыто шизофренического синдрома в истории их болезни предшествовали истерические симптомы". Они также отмечают связь с наличием обсессий и компульсий. "Наиболее часто эти симптомы встречаются у больных шизофренией" - обсессии были обнаружены у восемнадцати, а компульсии - у двадцати из тридцати двух пациентов. Здесь я хотел бы сделать интересное добавление. Среди случаев военных, направленных мне для обследования, 50% больных с окончательным диагнозом "шизофрения" или "шизоидная личность" были направлены с предварительными диагнозами "невроз тревоги" или "истерия". Эти данные свидетельствуют о количестве выявленных шизоидных пациентов, которые использовали психоневротические защиты в тщетных попытках защитить свою личность, но ничего не говорят о тех индивидуумах с шизоидной наклонностью, которые посредством таких защит с успехом ее скрывают.

Если может быть выявлено преобладание по существу шизоидных черт в случаях с предъявляемыми, якобы психоневротическими, симптомами, то в ходе аналитического лечения представляется возможным выявить наличие аналогичных черт и у тех многих индивидуумов, которые обращаются за аналитической помощью в связи с теми или иными индивидуальными проблемами, для обозначения которых трудно использовать какой-то психопатологический ярлык.

В данную группу могут быть включены многие из тех, кто прибег к консультации аналитика с такими проблемами, как социальные торможения, неспособность к концентрации на работе, проблемы характера, тенденции к сексуальным перверсиям и психосексуальным затруднениям, такими, как импотенция и навязчивая мастурбация. Эта группа также включает большинство проявляющих выраженные изолированные симптомы (например, страх умопомешательства или эксгибиционистскую тревогу), или проявляющих желание аналитического лечения по явно неадекватному поводу (например, "потому что я чувствую, что это пойдет мне на пользу", или "это было бы интересно"). Кроме того, группа включает всех тех, кто входит в кабинет с таинственным или загадочным видом и начинает беседу или цитатой из Фрейда или замечанием типа "я не знаю, зачем пришел".

На основе аналитического исследования вышеупомянутых случаев, принадлежащих различным категориям, становится возможным распознать в качестве шизоидных не только такие явления, как развернутая деперсонализация и дереализация, но также относительно слабо выраженные или преходящие расстройства чувства реальности (reality-sense), переживания "искусственности" (относящееся к себе или к окружению), ощущения типа "зеркального стекла" (plate-glass), незнакомства со знакомым человеком или окружающими предметами и чувства знакомства с незнакомым. Похожим на чувство знакомства с незнакомым является "дежа вю" - интересное явление, также свидетельствующее о вовлечении шизоидного процесса. Сходная оценка должна быть дана таким диссоциативным явлениям, как сомнамбулизм, фуга, раздвоение личности и множественная личность. К выводу о шизоидной, по сути, природе манифестаций раздвоения личности или множественной (multiple) личности можно придти из осторожного исследования многочисленных случаев, описанных Janet, William James и Morton Prince. Здесь уместно заметить, что во многих описанных Janet случаях проявлений диссоциативных явлений, на основе которых он сформулировал свою классическую концепцию истерии, наблюдалось поведение, подозрительно похожее на поведение больных шизофренией - факт, интерпретируемый мною в поддержку заключения, которое я уже сделал на основе моих собственных наблюдений того, что истерической личности неизменно, в большей или меньшей степени, присущ шизоидный фактор, который может быть, однако, глубоко скрыт.

Когда коннотация термина "шизоидный" преломляется сквозь призму нашей концепции шизоидных явлений в приведенной манере, соответственно расширяется и значение этого понятия. В итоге, шизоидная группа становится очень обширной. Например, обнаружено, что она включает значительную часть фанатиков, агитаторов, уголовников, революционеров и иных разрушительных элементов любого общества. Обычно шизоидные характеристики в маловыраженном виде также присущи представителям интеллигенции. Презрение к "слишком умным" у буржуазии и пренебрежение к людям искусства эзотерического толка со стороны обывателей также может быть сочтено малыми проявлениями шизоидной природы. Кроме того, замечено, что интеллектуальные занятия как таковые, такие, как литература, искусство, наука и так далее, являются особо притягательными для индивидуумов с той или иной выраженностью шизоидных черт. Привлекательность занятий наукой, по-видимому, связана с установкой отъединения и беспристрастности (detachment) 1) у шизоидных натур не менее, чем с переоценкой мыслительных процессов. Обе эти характеристики проявляют тенденцию к абсолютизации именно в отраслях науки. Обсессивный зов науки, основанный на компульсивной необходимости строгой систематизации и педантичной аккуратности, конечно же, давно распознан, но шизоидный зов не менее громок и требует, по меньшей мере, равного признания. Наконец, выскажу рискованное заявление: множество выдающихся исторических деятелей имели особенности, которые можно интерпретировать как свидетельство присущей им шизоидной личности или характера. Это касается очень многих из числа оставивших след на страницах истории.

Среди различных особенностей, общих для явно разнородной группы индивидуумов, попавших в категорию шизоидной личности, в настоящее время выделены три особо значительных черты, заслуживающих специального упоминания. Это 1) стремление к всемогуществу, 2) стремление к изоляции и отъединению 3) поглощенность внутренней реальностью. Тем не менее, важно помнить, что эти особенности не обязательно должны быть ярко выражены. Так, стремление к всемогуществу может быть в какой-то степени сознательным или бессознательным. Также оно может быть локализовано в определнных сферах деятельности. Оно может быть сверхкомпенсировано и скрыто под поверхностным стремлением к неполноценности или покорности (humility), или сознательно скрываться как важный секрет. Стремление к изоляции и отъединению также может прятаться под фасадом социальности или принятием определенных ролей. Оно может сопровождаться выраженной эмоциональностью в некоторых ситуациях. Поглощенность внутренней реальностью, несомненно, самая важная из всех шизоидных черт, и на ее наличие не влияет- подчинена ли внутренняя реальность внешней реальности, отождествлена с ней или превалирует над ней.

Концепция "шизоида", вытекающая из вышеизложенного, тесно связано с понятием "интроверт" - тип, который Юнг сформулировал в одной из своих ранних работ (Collected Papers on Analytical Psychology (1917), p.347). Юнг выразил мнение об ограниченности шизофрении (dementia praecox) интровертным типом, показывая, таким образом, признание со своей стороны связи между интроверсией и шизоидной природой. Связь между понятием "интроверт" у Юнга и понятием "шизоид" в настоящее время кажется небезынтересной, поскольку подтверждает реальность существования описанной группы, в частности, ввиду того, что обе концепции были сформулированы совершенно независимо друг от друга. Признание подобной связи, конечно же, не предполагает моего признания теории основных психологических типов Юнга. Напротив, моя концепция шизоидной группы основана на рассмотрении психопатологических факторов, а не факторов, коренящихся в характере (temperamental). В то же время, допустима ситуация, в которой для описания группы термин "интроверт" был бы предпочтительнее, нежели "шизоид", но следует помнить о неверных ассоциациях, связанных с последним термином и появившихся в результате его первоначального использования. На данный момент, из двух терминов "шизоид" обладает бесспорным преимуществом, так как, к сожалению, термин "интроверт" - не просто описательный, но и является объяснительным в психогенетическом смысле.

Сейчас я должен приготовиться к критике, связанной с моим ходом мысли: каждый, без исключения, должен быть признан шизоидной личностью. И в самом деле, я вполне готов принять эту критику, но только при одном очень важном условии - при отсутствии которого мое понятие "шизоид" стало бы настолько всеобъемлющим, что потеряло бы всякий смысл. Условие, делающее эту концепцию осмысленной, состоит в следующем: все зависит от рассматриваемого психического уровня. Основополагающий шизоидный феномен состоит в наличии расщепления (splitting) Эго. Только самоуверенный человек мог бы заявить, что его Эго настолько совершенно интегрировано, что не могут быть выявлены даже малейшие признаки расщепления на глубочайших уровнях, или что признаки расщепления Эго не проявляют себя ни при каких обстоятельствах на более поверхностных уровнях, даже в экстремальных условиях, при трудностях и лишениях (например, при смертельной болезни, исследовании Арктики, пребывании в шлюпке посреди океана, жестоких гонениях, продолжительном воздействии ужасов современной войны). Наиболее важным фактором здесь является психическая глубина, которой требуется достичь, чтобы выявить признаки расщепления Эго. По-моему, в любом случае определенные признаки расщепления Эго неизменно присутствуют на глубочайшем психическом уровне, или (выразим то же самое в терминах, введенных Melanie Klein), базисная позиция психики - неизменно шизоидная позиция. Конечно же, это утверждение не было бы истинным в отношении теоретически совершенной личности, чье развитие было оптимально, но в реальных условиях ни на чью долю не выпал столь счастливый жребий. Действительно, трудно представить человека со столь цельным Эго, с настолько стабильными верхними уровнями, что никогда и ничто не позволило бы выйти на поверхность явным проявлениям базового расщепления. Возможно, существует немного "нормальных" людей, никогда за всю свою жизнь не испытывавших неестественного состояния спокойствия и отрешенности перед лицом серьезного кризиса, или временного чувства "взгляда на себя со стороны" в неловком положении или парализующей ситуации. Вероятно, большинству людей знакомо переживание странной спутанности прошлого и настоящего или фантазии и реальности, известной как "дежа вю". Позволю себе предположить, что подобные явления по сути шизоидны. Существует одно универсальное явление, убедительно доказывающее, что на более глубоких уровнях каждый является шизоидом, а именно - сновидение. Как Фрейд показал в своих исследованиях, сновидец часто представлен в своих снах двумя или более отдельными фигурами. Здесь я могу сказать, что в настоящее время я пришел к выводу, что все фигуры, появляющиеся в сновидениях репрезентируют либо (1) какую-то часть личности сновидца, либо (2) объект, с которым какая-то часть его личности имеет связь, обычно - во внутренней реальности на основе идентификации. Если это верно, то тот факт, что сновидец типично представлен в сновидении более, чем одной фигурой, не поддается иной интерпретации, кроме как свидетельство расщепления Эго на уровне спящего сознания (dreaming consciousness). Таким образом, сон представляет универсальное шизоидное явление. Универсальный феномен Супер-Эго, описанный Фрейдом, должен интерпретироваться аналогично, с учетом наличия расщепления в Эго. Насколько Супер-Эго представляет собой структуру Эго (ego-structure), способную отличаться от "Эго", настолько, ipso facto (в силу самого факта), это доказывает положение об обоснованности шизоидной позиции.

Концепция расщепления Эго, благодаря которой приобрел свое значение термин "шизоид", может быть принята в роли объясняющей только при рассмотрении с психогенетической точки зрения. Таким образом, необходимо, по крайней мере, кратко рассмотреть, что вовлечено в развитие Эго. Функция Эго, которой Фрейд придавал особое значение - адаптивная функция, которая обеспечивает взаимодействие первичной инстинктивной активности с условиями, превалирующими во внешней реальности, а именно, с социальными условиями. Тем не менее, следует помнить, что Эго также обеспечивает интегративные функции, наиболее важными из которых являются: (1) интеграция восприятий реальности и (2) интеграция поведения. Другая важная функция Эго - установление различия между внутренней и внешней реальностью. Расщепление Эго является результатом компромисса между прогрессивным развитием всех этих функций, хотя, конечно, в различной степени и в различных пропорциях. Соответственно, мы должны признать возможность различной степени интеграции Эго и можем теоретически представить шкалу интеграции, один конец которой будет представлять полную интеграцию, а другой - полный провал интеграции, со всеми промежуточными уровнями. На этой шкале больные шизофренией разместятся ближе к нижнему краю, шизоидные личности - повыше, шизоидные характеры - еще выше, и так далее, но место на самом верху, предполагающее совершенную интеграцию и отсутствие расщепления, может быть занято только теоретически. Сохраняя в уме данную шкалу, нам будет легче понять, почему любой индивидуум способен проявить шизоидную черту в достаточно экстремальных условиях и как так случается, что некоторые индивидуумы демонстрируют явный раскол в Эго (split in the ego) в ситуациях, требующих реадаптации, таких, как подростковый возраст, брак, призыв в армию в военное время, в то время как у других подобные явления могут проявиться и в обычных жизненных условиях. В действительности, конечно же, создание только что представленной шкалы натолкнулось бы на непреодолимые трудности. На одну из таких трудностей указал Фрейд; он утверждал, что значительное число шизоидных проявлений служат защитой от расщепления Эго. Тем не менее, подобная воображаемая шкала поможет нам оценить общую позицию относительно расщепления Эго.

Хотя, в соответствие классической концепцией Блейлера о "шизофрении", мы должны считать расщепление Эго наиболее характерным шизоидным явлением, психоаналитики всегда более озабочены (и более ограничивают свое внимание) либидинальной ориентацией, вовлеченной в шизоидную позицию (attitude), и, под влиянием психогенетической теории развития либидо Абрахама, клинические манифестации шизоидного порядка стали расцениваться как проистекающие из фиксации на ранней оральной фазе. Подразумевается, что именно на этой первой фазе жизни и под влиянием ее превратностей у неразвитого и лишенного опыта младенца начинается расщепление Эго. Следовательно, должна существовать очень тесная связь между расщеплением Эго и либидинальной позицией оральной инкорпорации. По-моему, связанные с расщеплением Эго проблемы заслуживают большего внимания, чем им уделяется в настоящее время. Я предлагаю рассмотреть некоторые результаты развития, зависящие, или тесно связанные с фиксацией на ранней оральной фазе, которая, следовательно, играет решающую роль в определении паттерна шизоидной позиции.

Эго младенца может быть описано прежде всего как "ротовое Эго", и этот факт оказывает значительное влияние на последующее развитие каждого индивидуума. Это влияние особенно очевидно у тех, кто впоследствии демонстрирует характерные шизоидные черты. Рот младенца - главный орган желания, основной инструмент деятельности, главный посредник удовлетворения и фрустрации, основной канал любви и ненависти, и, что важнее всего, первое средство близкого социального контакта. Первые социальные отношения, установленные индивидуумом - это отношения между ним и его матерью; средоточием этой связи является ситуация кормления грудью, в которой материнская грудь обеспечивает фокус его либидинального объекта, а его рот - фокус его собственной либидинальной позиции. Соответственно, характер установленных отношений оказывает сильное влияние на дальнейшие связи индивидуума и последующую социальную позицию в целом. Когда неизвестны обстоятельства, ведущие к фиксации либидо в ранней оральной фазе, либидинальная позиция, соответствующая ранней оральной фазе, сохраняется в гипертрофированной форме и порождает далеко идущие следствия. Природа этих следствий может быть лучше понята в свете главных черт, характеризующих раннее оральное состояние само по себе. Они могут быть суммированы следующим образом:

1. Хотя, по сути, имеет место эмоциональная связь между ребенком и его матерью как личностью (person) и мать в целом является его либидинальным объектом, тем не менее, его либидинальный интерес сфокусирован главным образом на ее груди. В результате, соразмерно с возникающими в отношениях нарушениями, грудь сама по себе выступает в роли объекта либидо, то есть, либидинальный объект склонен принимать форму части тела, или частичного объекта (в противоположность личности или целостному объекту).

2. В этой либидинальной позиции аспект "брать" преобладает над "давать".

3. Данная либидинальная позиция характеризуется не только взятием, но и инкорпорацией и интернализацией.

4. Данная либидинальная ситуация имеет огромное значение для состояний полноты и пустоты. Таким образом, когда ребенок голоден, он, по-видимому, чувствует пустоту, а после удовлетворения своей потребности, он, вероятно, чувствует полноту. С другой стороны, грудь его матери и, по-видимому, с точки зрения ребенка сама мать, сначала полна, а после кормления оказывается пустой - состояния матери, которые ребенок способен понять исходя собственного опыта переживания полноты и пустоты. При депривации пустота приобретает для ребенка совершенно особое значение. Он не только ощущает саму пустоту, но и интерпретирует ситуацию так, будто он опустошил свою мать - особенно после того, как лишение не только усилило оральную потребность, но и в какой-то степени придало ей агрессивный характер. Дополнительным следствием депривации является расширение области потребности в инкорпорации, не только содержимого груди, но и самой груди, и, даже матери целиком. Тревога, испытываемая после опустошения груди, вызывает тревогу разрушения либидинального объекта. Тот факт, что мать обычно покидает его после кормления, тоже вероятно вносит вклад в это представление. Следовательно, сама либидинальная позиция приобретает для него значение исчезновения и разрушения объекта либидо, что подтверждается на последующей стадии, когда он узнает, что съеденная им еда исчезает из внешнего мира, и что нельзя одновременно съесть свое пирожное и обладать им.

Эти различные особенности либидинальной позиции, характеризующие раннюю оральную фазу, интенсифицируются и увековечиваются пропорционально фиксации на упомянутой фазе. Все они действуют в качестве факторов, определяющих шизоидную характерологию и симптоматологию. Некоторые из них будут рассмотрены на последующих страницах.

I. Тенденция к ориентации на частичный объект (часть тела)

Давайте сначала рассмотрим влияние этого фактора на ранней оральной фазе. Он способствует шизоидной тенденции относиться к другим людям не как к обладающим присущей им ценностью. Это может быть проиллюстрировано случаем высокообразованного мужчины шизоидного типа, который обратился ко мне за консультацией из-за ощущения невозможности установить эмоциональный контакт со своей женой. Он был чрезмерно критичен к ней и холоден в ситуациях, когда естественным было бы проявление чувств. После описания его весьма эгоистичного отношения к жене, он добавил, что вообще он нелюдим и относится к другим людям как к низшим животным. Из последнего замечания было несложно определить источник его трудностей. Следует напомнить, что животные типично фигурируют в снах в качестве символов частей тела, что подтверждает, что он относился к жене и другим людям как к частичным объектам, а не как к личностям. Схожая установка наблюдалось у явно шизофренического пациента, описывавшего свое отношение к людям, как отношение антрополога к племени дикарей. Нечто похожее было продемонстрировано также солдатом, чья история свидетельствовала о том, что он всегда был шизоидной личностью; на обстоятельства военной службы в период боевых действий он отреагировал острым шизоидным состоянием. Его мать умерла в раннем детстве. Из родителей он помнил только отца. Он покинул дом вскоре после окончания школы и с тех пор никогда не общался с отцом. Он не знал, жив отец или мертв. Он жил разъездной и неустроенной жизнью, но однажды решил, что ему пойдет на пользу осесть и жениться. Так он и поступил. Когда я спросила его, был ли он счастлив в браке, на его лице появилось удивленное выражение, сменившееся пренебрежительной улыбкой. "Для этого я и женился", ответил он в повышенном тоне, как будто это служило удовлетворительным ответом. Конечно же, его ответ продемонстрировал присущую шизоидам неспособность адекватно различать внутреннюю и внешнюю реальность. Кроме того, его ответ иллюстрирует стремление индивидуумов с шизоидными чертами относиться к либидинальным объектам как к средству для удовлетворения их собственных нужд, а не как к личностям с присущей им ценностью. Эта тенденция берет начало из стойкости ранней оральной ориентации на грудь как на частичный объект.

Здесь можно отметить, что обнаруженная у индивидуумов с шизоидными чертами ориентация на частичный объект является большей частью регрессивным явлением, детерминированным неудовлетворительными эмоциональными отношениями с родителями, и в особенности с их матерями, на той стадии детства, которая наступает вслед за ранней оральной фазой, из которой проистекает данная ориентация. Тип матерей, особенно склонных вызывать такую регрессию - матери, потерпевшие неудачу в уверении своего ребенка в их любви к нему как к личности (person) посредством спонтанного и искреннего проявления чувств. В эту категорию попадают как матери-собственницы, так и безразличные матери. Хуже всего, возможно, матери, производящие впечатление одновременно и собственничества, и безразличия, то есть, посвятившие себя тому, чтобы любой ценой не избаловать своего единственного сына.

Неспособность такой матери убедить ребенка в том, что его действительно любят как личность, делает трудным для него поддержание эмоциональной связи с ней на личной основе, и, как результат этого, пытаясь упростить ситуацию, он склонен к регрессивному восстановлению связи с ней в более ранней и простой форме и воскрешает свои отношения с материнской грудью как частичным объектом. Регрессия такого типа может быть проиллюстрирована случаем молодого шизофреника, который, выказывая нарастающий антагонизм к своей матери, в мечтах представлял себя лежащим на кровати в комнате, с потолка которой хлестал поток молока, причем это была его комната в их доме, находившаяся под спальней его матери. Данный тип регрессивного процесса лучше всего может быть описан как деперсонализация объекта, и он характерным образом сопровождается регрессией в качестве желаемых отношений. Здесь регрессивное движение ведет к упрощению отношений, принимая форму замещения эмоциональных контактов физическими. Это может быть описано как де-эмоционализация (de-emotionalization) объектных отношений.

2. Преобладание "брать" над "давать" в либидинальной позиции

В соответствии с преобладанием аспекта "брать" над "давать" в ранней оральной позиции, индивидуумы с шизоидными чертами демонстрируют значительную трудность с отдачей (giving) в эмоциональном смысле. В связи с этим, интересно отметить, что, если тенденция к оральной инкорпорации является самой существенной из всех тенденций, то следующей по важности для организма является экскреторная функция (дефекация и мочеиспускание).

Биологическая цель выделительной деятельности, конечно же, состоит в удалении бесполезных и вредных веществ из тела и, хотя, в соответствии с биологической целью, ребенок вскоре обучается воспринимать ее как образцовый способ обращения с плохими либидинальными объектами, ее самое раннее психологическое значение состоит для ребенка в созидательной деятельности. Она представляет собой первые созидательные акты индивидуума, а ее продукты - его первые создания. При этом, впервые для ребенка, внутренние содержания экстернализуются, впервые им отдаются принадлежащие ему объекты. В этом экскреторная деятельность противоположна оральной деятельности, которая главным образом включает позицию взятия (taking).

Это различие между двумя группами либидинальной деятельности не должно восприниматься как препятствие существованию другого различия между ними, теперь в противоположном смысле: оральная позиция инкорпорации по отношению к объекту также может выражать его ценность, в то время как экскреторная позиция к объекту может означать его обесценивание и отвержение. Тем не менее, на глубинном психическом уровне, взятие является эмоциональным эквивалентом накопления телесного содержимого, а отдача - эмоциональным эквивалентом отделения телесного содержания. Необходимо также подчеркнуть, что на глубинном психическом уровне имеется эмоциональная эквивалентность между психическим и телесным содержимым, и, как результат, отношение индивидуума к телесному отражается в его отношении к психическому. Соответственно, в случае индивидуума с шизоидной склонностью аналогично переоценке телесных содержаний, которую подразумевает оральная инкорпорирующая позиция раннего детства, имеет место переоценка психических содержаний.

Эта переоценка психических содержаний проявляется, например, в трудностях, испытываемых индивидуумом с шизоидной тенденцией в выражении эмоций в социальном контексте. Для подобного индивидуума элемент отдачи, присутствующий в выражении эмоций по отношению к другим людям, имеет значение потери содержаний. По этой причине он так часто считает социальные контакты утомительными. Таким образом, если он долго находится в компании, он обязательно ощущает, что "добродетель покидает его", и ему требуется период покоя и одиночества в надежде на пополнение запасов внутреннего хранилища эмоций. Так, один из моих пациентов считал невозможным назначать свидания своей предполагаемой невесте каждый день, полагая, что если будет видеть ее слишком часто, то его личность будет истощена.

В случаях с выраженной шизоидной наклонностью защита от эмоциональной потери вызывает вытеснение аффекта и позицию отъединения (detachment), в результате чего другие люди воспринимают их как отчужденных, в крайних случаях - даже как бесчеловечных. Подобные индивидуумы обычно описываются как "замкнутые личности". Принимая во внимание степень сокрытия эмоций, это описание совершенно верно. Тревога относительно эмоциональной потери порой проявляется достаточно странным образом. Возьмем, например, случай молодого человека, который хотел пройти анализ: на первой консультации я отметил у него манеру смутной таинственности, которую счел характерной для скрытой шизоидной наклонности, которая так часто сопровождается неспособностью описать какие-либо конкретные симптомы. Этот пациент заканчивал университет и его объективная проблема состояла в повторяющихся неудачах на экзаменах. Устные экзамены представляли для него особую трудность, и, хотя он знал правильный ответ, он обычно был неспособен его дать. Было очевидно, что присутствовали также проблемы в его взаимоотношениях с отцом, но форма, которую приобрела данная проблема, связана с тем фактом, что дать правильный ответ значил отдать экзаменатору то, что было с трудом обретено (интернализировано), и, следовательно, было слишком дорогим, чтобы потерять. В попытке преодолеть трудности, связанные с эмоциональной отдачей, индивидуумы с шизоидной склонностью, прибегают к различным техникам, две из которых здесь следует упомянуть.

Это а) техника исполнения ролей, и б) техника эксгибиционизма.

а) Техника исполнения ролей

Играя роль, или исполняя заимствованную роль, шизоидный индивидуум часто способен выразить достаточно много чувства и производить впечатление имеющего социальные контакты, но, действуя подобным образом, он на самом деле ничего не отдает и ничего не теряет, так как он только играет роль, а его личность в это не вовлечена. В тайне от других он не признает играемую им роль, и, таким образом, ищет способ сохранить свою личность нетронутой и огражденной от компромисса. Здесь следует добавить, что в некоторых случаях роли играются вполне сознательно, в других случаях факт исполнения ролей является бессознательным, и только в ходе психоаналитического лечения приходит его осознание. Сознательное играние роли может быть проиллюстрировано случаем явно шизоидного молодого человека, который впервые вошел в мой кабинет с цитатой из Фрейда на устах. Таким образом, он с самого начала пытался утвердить себя в моих глазах в качестве поборника психоанализа, но мое немедленное подозрение о том, что он лишь играет роль, полностью подтвердилось с началом аналитического лечения. Играемая им роль в действительности служила защитой от подлинного эмоционального контакта со мной и от подлинной эмоциональной отдачи.

б) Техника эксгибиционизма

Эксгибиционистские склонности всегда играют ведущую роль в шизоидной ментальности, и, конечно же, они тесно связаны с склонностью исполнять роли. По большей части они могут быть бессознательны и часто скрыты тревогой, тем не менее, в ходе курса аналитического лечения они проявляются совершенно отчетливо. Привлекательность для индивидуумов с шизоидной наклонностью литературной и артистической деятельности частично обусловлена тем фактом, что эти виды деятельности открывают путь эксгибиционистским способам выражения без прямого социального контакта. Значение использования эксгибиционизма в качестве защиты содержится в том факте, что он представляет собой технику для отдачи без отдачи, посредством замены отдачи на демонстрацию. Эта попытка решения проблемы отдачи без потери имеет, однако, сопутствующие трудности. Поскольку с актом отдачи исходно связана тревога, которая переходит и на акт демонстрации, стремление произвести впечатление приобретает качество разоблачения. Когда это происходит, эксгибиционистские ситуации могут становиться крайне болезненными для проницательного самосознания таких индивидуумов. Связь между отдачей и демонстрацией может быть проиллюстрирована реакцией незамужней женщины с шизоидной составляющей в ее личности, которая как-то утром в 1940 году прочла в газете, что ночью недалеко от моего дома упала немецкая бомба. Из газетной статьи ей было совершенно ясно, что бомба упала на достаточном для моей безопасности расстоянии от дома, и она выразила чувство глубочайшего удовлетворения этим фактом. Тем не менее, в силу присущей ей сдержанности эмоций она не могла позволить себе непосредственное выражение связанных со мною чувств, которые, тем не менее, ей хотелось выразить. В стремлении обойти эту трудность, на следующей сессии она протянула мне листок бумаги, на котором ценой значительных усилий она написала некоторую информацию о себе. Таким образом, она мне что-то дала, а именно ее видение себя, отраженное на бумаге. В этом случае имелось несомненное движение от позиции демонстрации к позиции отдачи. Пусть и не явным образом, но она дала мне психические содержания, которым она придавала величайшую нарциссическую ценность и тем самым она попыталась расстаться с ними. Также имелось несомненное движение от нарциссической оценки собственных психических содержаний в направлении оценки меня в качестве внешнего объекта и как человека. В свете происшедшего неудивительно, что в этом случае анализ выявил значительный конфликт, относящийся к расставанию с телесными содержаниями.

3. Фактор инкорпорации в либидинальной позиции

Ранняя оральная позиция характеризуется не только взятием, но также инкорпорацией или интернализацией. Регрессивное восстановление ранней оральной позиции быстрое всего возникает в ситуации эмоциональной фрустрации, в которой ребенок ощущает: а) что он не любим по-настоящему матерью как личность, и б) что его собственная любовь к матери в действительности не оценена и не принята ею. Эта весьма травматичная ситуация приводит к тому, что:

а) Ребенок начинает воспринимать мать в качестве плохого объекта, поскольку она, по-видимому, не любит его;

б) Ребенок начинает считать внешнее выражение своей любви чем-то плохим, вследствие чего стремится сохранить свою любовь как можно более хорошей, из-за чего склонен прятать свою любовь внутри себя.

в) Ребенок начинает чувствовать, что любовные отношения с внешними объектами являются чем-то плохим, или, по крайней мере, опасным.

В результате ребенок будет стараться перевести свои отношения с объектами в область внутренней реальности - ту область, в которой его мать и ее грудь уже появились в качестве интернализованных объектов под влиянием ситуаций фрустрации на ранней оральной фазе. Вследствие последующих фрустрирующих ситуаций интернализация объекта в дальнейшем используется в качестве защитной техники. Этому процессу интернализации способствует, если не побуждает его, сама природа оральной позиции, ведь инкорпорация является неотъемлемой целью орального импульса. Первоначально имеет место физическая инкорпорация, но, по-видимому, эмоциональное состояние, сопровождающее стремления к инкорпорации, само по себе имеет инкорпорируюущую окраску. Следовательно, когда происходит фиксация на ранней оральной фазе, инкорпорирующая позиция неизбежно вплетается в структуру Эго. Следовательно, в случае индивидуумов с шизоидной составляющей в их личности, существует выраженная тенденция к тому, чтобы извлекать смысл внешнего мира исключительно из внутреннего мира.

У шизофреников эта тенденция может стать настолько сильной, что различие между внутренней и внешней реальностью у них по большей части затмевается. Однако, в отличие от подобных крайних случаев, среди индивидуумов с шизоидной наклонностью существует общая тенденция хранить свои ценности (values) во внутреннем мире. Они не только склонны считать, что их объекты принадлежат внутреннему, а не внешнему миру, но и очень склонны идентифицироваться с собственными внутренними объектами. Этот факт имеет весьма значительный вклад в их трудности с эмоциональной отдачей.

В случаях индивидуумов, чьи объектные отношения находятся главным образом во внешнем мире, следствием отдачи является создание и усиление ценностей, рост самоуважения, но, в случаях с индивидуумами, чьи объектные отношения преобладают во внутреннем мире, отдача обладает эффектом обесценивания ценностей и падения самоуважения. Когда подобные индивидуумы отдают, они ощущают себя истощенными, потому что они отдают ценой их внутреннего мира. У женщин такого типа эта тенденция может привести к страху рождения ребенка, поскольку рождение ребенка для них имеет значение не столько приобретения ребенка, сколько потерю содержимого с последующим ощущением пустоты. У меня было несколько пациенток, у которых глубокое нежелание делиться содержимым приводило к исключительно тяжелым родам. В подобных случаях, конечно, это, действительно, случай расставания с телесным содержимым, но аналогичное явление, главным образом в ментальной сфере, может быть проиллюстрировано случаем художника, который после завершения картины ощущал не то, что он что-то создал или приобрел в результате, а потерю своего хорошего качества. Подобное явление позволяет объяснить бесплодные периоды, следующие за периодами творческой деятельности у художников, и, в частности, у того, о котором шла речь выше.

Для облегчения чувства истощения после отдачи и созидания индивидуум с шизоидной составляющей часто прибегает к интересной защите. Он начинает считать отданное или созданное им никчемным. Таким образом, художник терял интерес к своим картинам немедленно, как только их завершал. Как правило, они или пылились в углу студии, или рассматривались просто как товар на продажу. Таким же образом женщины со сходной ментальностью теряют всякий интерес к детям сразу после их рождения. С другой стороны, индивидуумами с шизоидными чертами может применяться совершенно противоположная форма защиты против потери содержимого: для самоограждения от чувства потери произведенного ими они могут считать это по-прежнему частью собственного содержимого. Так, очень далекая от безразличия к своему родившемуся ребенку, мать может продолжать считать его жемчужиной своего содержимого и, соответственно, переоценивать его. Такие матери с чрезмерным собственничеством к своим детям не готовы предоставить им статус отдельной личности, что имеет печальные последствия для несчастных детей. Подобным образом, хотя и с менее печальными результатами, художник может защищать себя от чувства потери содержимого, пребывая в нереалистичном чувстве и продолжая считать картины своей собственностью даже после того, как они были куплены другими. В связи с этим можно указать на форму защиты, замещающую отдачу на демонстрацию. Художник "демонстрирует" или выставляет свои картины, тем самым не напрямую демонстрируя себя. Сходным образом автор демонстрирует себя миру на расстоянии посредством своих книг. Различные виды искусства, таким образом, обеспечивают крайне благоприятные возможности выражения для индивидуумов с шизоидной склонностью. При помощи художественной деятельности они способны одновременно замещать отдачу на демонстрацию, и, в то же время, производить что-то, что они могут по-прежнему считать частью самих себя даже после перемещения этого чего-то из внутреннего мира во внешний.

Другим важным проявлением поглощенности внутренним миром является склонность к интеллектуализации, являющаяся характерной шизоидной чертой. Она представляет собой очень мощную технику защиты и действует как труднопреодолимое сопротивление в психоаналитической терапии. Интеллектуализация означает переоценку мыслительных процессов, связанную с трудностями, которые индивидуум с шизоидной наклонностью испытывает в установлении эмоциональных контактов с другими людьми. Ввиду поглощенности внутренним миром и вытеснения аффекта, следующего за ходом мысли, он испытывает трудности в искреннем выражении чувств перед другими и спонтанном проявлении себя в отношениях с другими. Это заставляет его предпринимать усилия по решению эмоциональных проблем интеллектуально во внутреннем мире. Казалось бы, сознательное намерение интеллектуально разрешить эмоциональные проблемы является первым шагом на пути адаптивного поведения в отношении к внешним объектам, но, так как из глубин бессознательного поднимаются эмоциональные конфликты, затрудняющие движение в этом направлении, он все более склонен подменить их реальное решение в эмоциональной сфере его отношений во внешнем мире интеллектуальными решениями. Конечно, эта тенденция в значительной степени усиливается либидинальным катексисом интернализованных объектов. Поиск интеллектуальных решений сугубо эмоциональных проблем приводит к двум важным следствиям: (1) мыслительный процесс становится сильно заряженным либидо, мир мыслей стремится стать преобладающей сферой творческой деятельности и самовыражения; (2) идеи заменяют чувства, а интеллектуальные ценности (values) подменяют эмоциональные ценности.

У больных шизофренией замена чувств мыслями не останавливается ни перед чем. Когда у таких пациентов проявляются чувства, они обычно не связаны с мыслительным содержанием и крайне неуместны в данной ситуации, или, наоборот, в случаях кататонии, выражение эмоций принимает форму внезапных и безудержных вспышек. Принятие понятия "шизофрения", конечно, прежде всего, основывалось на наблюдении этого разлада между мыслями и чувствами, производящего впечатление раскола (split) в сознании (mind). Тем не менее, следует признать, что главным образом имеет место раскол в Эго. То, что проявляется на поверхности как разлад между мыслью и чувством, должно быть соответственно признано как отражение раскола между: (1) более поверхностной частью Эго, представляющей более высокие уровни и включающей сознание, и (2) более глубокой частью Эго, представляющей его нижние уровни и включающей элементы, связанные с либидо и, следовательно, с источником аффекта. С динамической, психоаналитической точки зрения подобный раскол может быть объяснен только в терминах вытеснения, и, следовательно, мы можем придти к заключению, что в данном случае более глубокая и более высоко либидальная часть Эго вытесняется более поверхностной частью Эго, в которой мыслительные процессы являются более развитыми.

В случае индивидуумов, у которых шизоидные черты присутствуют в меньшей степени, разлад между мыслями и чувствами, конечно, менее заметен. Тем не менее, им присуща не только замена эмоциональных ценностей интеллектуальными, но и выраженная либидинизация мыслительного процесса. Подобные индивидуумы часто более склонны создавать детально разработанные интеллектуальные системы, нежели развивать эмоциональные отношения с другими людьми. Из выдуманных ими систем они стремятся создать либидинальные объекты. "Влюбленность в любовь" (being in love with love), по-видимому, является явлением такой природы, а шизоидные страстные увлечения часто несут в себе этот элемент. Страстные увлеченности такого рода могут приводить к достаточно неприятным последствиям для мнимого объекта любви. В случае же влюбленности действительно шизоидной личности в какую-нибудь радикальную политическую философию последствия будут весьма серьезными, так как количество жертв может быть неисчислимо. Такая личность, будучи влюбленной в интеллектуальную систему, однозначно ею понимаемую и универсально применяемую, имеет все признаки фанатика, которым он на самом деле и является. Когда подобный фанатик имеет и склонность, и возможность предпринять меры к всеобщему безжалостному распространению своей системы на других, ситуация может стать катастрофической, хотя иногда, возможно, результатом будет не зло, а добро. Тем не менее, не все обожатели интеллектуальных систем имеют или желание, или возможности навязать свои системы внешнему миру. Среди них более распространена позиция "над схваткой", в стороне от повседневной жизни и взгляд с чувством превосходства на остальное человечество с их интеллектуальных высот (например, отношение к буржуазии, распространенное среди интеллигенции).

Сейчас уместно обратить внимание на обязательное наличие чувства внутреннего превосходства разной степени выраженности у индивидуумов с шизоидной наклонностью. Часто оно в значительной мере бессознательно. Как правило, в ходе аналитического лечения необходимо преодолеть значительное сопротивление, прежде чем оно будет выявлено. Еще более мощное сопротивление возникает при попытке проанализировать его истоки. Как правило, анализ истоков обнаруживает, что чувство превосходства основывается на: (1) общей тайной переоценке личных содержаний, как умственных, так и физических, (2) нарциссическом раздувании Эго, возникающем из тайного обладания и значительной идентификации с интернализованными либидинальными объектами (т.е. материнской грудью и отцовским пенисом). Здесь было бы трудно преувеличить значение элемента скрытности. Таинственная и мистическая атмосфера часто окружает явно шизоидных индивидуумов, но, даже если шизоидная составляющая играет относительно скромную роль, это по-прежнему остается важным фактором в бессознательной ситуации. Внутренняя необходимость в скрытности, конечно, частично определяется виной за обладание интернализованными объектами, за их "похищение", но также в немалой степени определяется страхом потери интернализованных объектов, кажущихся безгранично ценными (даже дороже жизни), и интернализация которых является мерой их значительности и степенью зависимости от них. Тайное обладание такими интернализованными объектами ведет к тому, что индивидуум ощущает свое "отличие" от других людей, даже если, как это обычно и бывает, он не представляет собой нечто исключительное или уникальное. При исследовании этого чувства отличия от других людей, тем не менее, обнаруживается его тесная связь с ощущением себя "посторонним"; частой темой их снов является ощущение оставленности, не включенности. Часто такой индивидуум, хотя и занимается обычными делами дома и в школе, весомую часть времени уделяет достижениям в учебе, с энергией, которую обычные мальчики тратят на совместные игры. Иногда он может стремиться к достижениям в спорте. Тем не менее, как правило, есть свидетельства наличия трудностей в эмоциональных отношениях в группе, и в любом случае они остаются верны их приверженности обходить подобные трудности усилиями в интеллектуальной сфере. Здесь мы уже в состоянии найти свидетельства действия интеллектуальной защиты. Просто удивительно, как часто в истории шизофреника мы обнаруживаем, что он подавал надежды в течение всего срока обучения в школе, или, по крайней мере, какой-то его части. Если мы заглянем еще глубже в истоки этого чувства отличия от остальных, мы также обнаружим следующие особенности:

1) в их ранней жизни, вследствие явного безразличия или собственничества со стороны матери, они приходили к убеждению, что мать в действительности не любила их и не признавала их личностями с собственными правами;

2) под влиянием чувства депривации и неполноценности они оставались глубоко фиксированными на своих матерях;

3) либидинальная позиция, сопровождавшая такую фиксацию, характеризовалась не только выраженной зависимостью, но также нарциссизмом и стремлением к самосохранению из-за тревоги в ситуации, которая, как представляется, несет угрозу Эго;

4) посредством регрессии к позиции ранней оральной фазы не только усиливается либидинальный катексис уже интернализованной "груди-матери", но и сам по себе процесс интернализации обретает чрезмерное влияние на отношения с другими объектами;

5) конечным результатом всего этого является переоценка внутреннего мира ценою недооценки внешнего.

4. Опустошение объекта как вовлечение либидинальной позиции

Опустошение объекта является следствием вовлечения инкорпорирующего качества ранней оральной позиции. Ранее, в разделе "Тенденция в ориентации на частичный объект (часть тела)", мною были указаны некоторые психологические последствия для ребенка. В частности, было отмечено, как возникающая в сознании (mind) в обстоятельствах депривации тревога касательно собственной пустоты приводит к тревоге относительно того, как эта пустота влияет на грудь матери. Также было отмечено, как он интерпретирует кажущуюся или явную пустоту груди своей матери как результат собственных инкорпорирующих стремлений, и как следствие, начинает испытывать тревогу в связи с ответственностью за данное исчезновение и разрушение не только материнской груди, но и самой матери. Тревога по этому поводу значительно возрастает в результате депривации, придающей агрессивное качество его либидинальной потребности. Подобная тревога находит классическое выражение в сказке "Красная шапочка" ("Little Red Riding Hood"). Напомню, в этой сказке маленькая девочка в ужасе обнаруживает исчезновение любимой бабушки и остается наедине со своей потребностью в инкорпорации в виде пожирающего волка. Трагедия красной шапочки - это трагедия ребенка на ранней оральной фазе. Конечно, как и положено, у сказки счастливый конец. Ребенок обнаруживает, что мать, которую, как он боялся, он съел, в конце концов появляется вновь. Все же, хотя детям в их младенчестве и не достает умственных способностей и организованного опыта, они могут иначе получить успокоение от этой тревоги. В ходе своего развития они обретают достаточное сознательное понимание, чтобы осознать, что в действительности их матери не исчезают из-за явной разрушительности их инкорпорирующих потребностей, а весь опыт травматической ситуации, связанный с депривацией в ранней оральной фазе, подвергается вытеснению. В то же время тревога, связанная с этой ситуацией, перерастает в бессознательную тревогу, готовую к реактивации последующим аналогичным опытом. При наличии выраженной фиксации на ранней оральной фазе реактивация травматической ситуации особенно вероятна, если позднее ребенок осознает, он не любим и не признается личностью собственной матерью и что, в действительности, она не принимает и не считает его любовь чем-то хорошим.

Важно удерживать в сознании это различие между ситуацией, возникающей в ранней оральной фазе и ситуацией в поздней оральной фазе, когда появляется стремление кусать, постепенно вытесняющее стремление сосать. В поздней оральной фазе происходит дифференциация между оральной любовью, ассоциируемой с сосанием, и оральной ненавистью, связанной с кусанием, следствием чего является развитие амбивалентности. Ранняя оральная фаза преамбивалентна, и этот факт особенно важен в свете того, что оральное поведение ребенка во время этой преамбивалентной фазы представляет собой первый способ индивидуума к выражению своей любви. Оральные отношения ребенка с матерью в ситуации сосания представляет собой первый опыт любовных отношений, и, следовательно, фундамент, на котором строятся все последующие отношения с объектами любви. Они также представляют собой первый опыт социальных отношений, и, тем самым, формирует основу последующего отношения индивидуума к обществу. Помня об этом, давайте вернемся к ситуации, возникшей, когда фиксированный на ранней оральной фазе ребенок осознает, что он не любим и не признается личностью собственной матерью и, что, в действительности, она не принимает и не считает его любовь чем-то хорошим. В этих обстоятельствах первоначальная травматическая ситуация ранней оральной фазы эмоционально реактивируется и восстанавливается в прежнем положении, а ребенок начинает чувствовать, что причиной отсутствия любви матери к нему является он сам, что он разрушил ее чувства, что они исчезли по его вине. В то же время он чувствует, что она отказывается принять его любовь, потому что его любовь деструктивна и плоха. Это, конечно, гораздо более невыносимая ситуация, чем ситуация, имеющая место в случае фиксации ребенка на поздней оральной фазе. В последнем случае ребенок, будучи по сути амбивалентным, интерпретирует ситуацию иначе, а именно - что это его ненависть, а не любовь разрушила любовь его матери. Следовательно, он плохой, когда испытывает ненависть, а его любовь сохраняется как нечто хорошее. Именно эта позиция, по-видимому, лежит в основании маниакально-депрессивного психоза и образует депрессивную позицию. И наоборот, позиция, ведущая к шизоидному развитию, возникает на преамбивалентной ранней оральной фазе. Индивидуум здесь чувствует, что его любовь плоха, так как она разрушительна по отношению к его либидинальным объектам. Такое положение вещей может быть описано как шизоидная позиция. Ситуация представляется исключительно трагичной; она стала темой многих великих трагедий в литературе и излюбленной темой поэтических творений (например, в "Люси" Вордсворта). Неудивительно, что индивидуумы с шизоидной склонностью переживают такую трудность в проявлении любви. Их глубинную тревогу выразил Оскар Уайльд в "Балладе Редингской тюрьмы" (The Ballad of Reading Gaol), где он писал "Каждый убивает то, что любит". Также неудивительна их трудность с эмоциональной отдачей, поскольку они никогда не могут избавиться от страха, что их дары смертельны, как дары Борджиа (Borgia). Так один мой пациент принес мне в подарок фрукты, а на следующий день начал сессию вопросом: "Вы не отравились?"

Индивидуум с шизоидной наклонностью хранит любовь в себе не только из чувства, что она слишком дорога, чтобы делиться ею. Он запирает ее в себе, так как чувствует, что она слишком опасна для его объектов. Таким образом, он держит любовь не только в сейфе, но и в клетке. А поскольку он считает свою любовь плохой, он склонен воспринимать любовь других сходным образом. Такая интерпретация любви другого не обязательно подразумевает проекцию с его стороны, но, конечно же, он склонен прибегать к помощи этой защитной техники. Это иллюстрирует, например, сказка "Красная Шапочка", на которую я уже ссылался. В ней волк представляет ее собственную инкорпорирующую любовь оральной фазы. Помимо этого, в сказке также говорится, что волк занял место бабушки в кровати, что означает, конечно же, что она приписывает собственную инкорпорирующую позицию ее либидинальному объекту, который, затем, превращается в пожирающего волка. Таки образом, индивидуум с шизоидными чертами выстраивает защиты не только против своей любви к другим, но и против их любви к себе. Так, одна довольно шизоидная пациента иногда говорила мне: "Что бы вы не делали, вы никогда не должны хорошо относиться ко мне."

Следовательно, когда индивидуум с шизоидной наклонностью отрекается от социальных контактов, то, прежде всего, из-за чувства, что он не должен никого любить и быть любимым. Тем не менее, он не всегда ограничивается лишь пассивной отчужденностью. Напротив, часто он предпринимает активные меры, чтобы оттолкнуть от себя свои либидинальные объекты. Для этого он использует агрессию, которая имеется в его распоряжении. Он мобилизует ресурсы своей ненависти и направляет агрессию на других, против своих либидинальных объектов. Так, он может ссорится с людьми, быть неприятным, грубым. Поступая таким образом, он не только заменяет любовь ненавистью в отношениях со своими объектами, но и вызывает в них ненависть вместо любви по отношению к себе, и все это ради того, чтобы удерживать свои либидинальные объекты на дистанции. Подобно трубадурам (и, возможно, также диктаторам) он может позволить себе любить и быть любимым только на расстоянии. Это вторая великая трагедия, к которой склонны индивидуумы с шизоидной тенденцией. Первая трагедия, как мы видели, в том, что они считают, что их любовь разрушительна для тех, кого они любят. Вторая возникает, когда он становится жертвой навязчивого стремления ненавидеть и быть ненавидимым, хотя всегда в глубине души хотел любить и быть любимым.

Тем не менее, существуют еще два мотива, вносящих свой вклад в присущую индивидуумам с шизоидной наклонностью тенденцией заменять любовь ненавистью: интересно, что один из них моральный, а другой аморальный. Похоже, два эти мотива особо влиятельны в случае революционера и предателя. Аморальный мотив побуждаем тем соображением, что поскольку радость любви перекрыта для него, он может доставить себе радость ненависти, испытывая то удовольствие, которое ему доступно. Он заключает договор с дьяволом и провозглашает: "Для меня зло - добро". Моральный мотив исходит из соображения: "если любовь включает разрушение, лучше разрушать ненавистью". Ненависть очевидным образом является разрушительной и плохой, в отличие от разрушение любовью. Последняя же по праву является созидательной и хорошей. Когда в игру вступают оба эти мотива, мы сталкиваемся с удивительной сменой моральных ценностей. Это не только "Для меня зло - добро" (Evil be thou my good), но и "Для меня добро - зло (Good be thou my evil)." Следует добавить, что такая полная перемена ценностей редко принимается на сознательном уровне, но она нередко играет немаловажную роль в бессознательном. Это третья великая трагедия, которой подвержены индивидуумы с шизоидной наклонностью.

Шизоидные черты характера. Шизоидный тип характера. Профессии, наиболее подходящие шизоидной личности

В повседневной жизни мы часто встречаем людей со «странностями» в поведении, однако их «своеобразные» черты не принимают характер болезни, и они не являются психически больными.

Как отличить отклонение (своеобразность) характера – шизоидные черты личности, шизоидное расстройство личности (психопатия) – от серьезной патологии, шизофрении?

Шизоидные тип личности (шизоидные черты личности)

Шизоидные черты у личности сохраняются на протяжении всей жизни. Но благоприятные жизненные обстоятельства и окружение могут дать возможность такому человеку быть адаптированным в семье и обществе, развиваться профессионально и полностью быть социализированным.

Шизоидный тип личности характеризуется преобладанием мыслительных возможностей над эмоциональными. Отсюда складывается личность, которая руководствуется идеями, а не чувствами. Эмоционально они ранимы, сенситивны и не синтонны, что порождает их неуклюжесть в общении. А пользуясь своими интеллектуальными возможностями, они стремятся отдалиться от круга общения. Им характерны увлечения необычными, редкими хобби, видами спорта, они изучают редчайшие языки. Отсюда прозвище у шизоидов – «чудаки». Внешне холодные в общении они описывают себя так: «Я как капля горячего вина в бокале льда».

Для всех шизоидных личностей характерно социальное избегание, которое проявляется уже в возрасте 4-5 лет . Такие дети не играют со сверстниками, предпочитают уединение, родители не вызывают у них должного эмоционального отклика. В школьном возрасте часто проявляются необычные интеллектуальные способности. Мышление у шизоидных натур интравертное, нестандартное, оригинальное, они имеют свое представление о мире, а их ответы часто обескураживают. Вместе с тем движения у таких детей грубые, скованные, неуклюжи. Это не относится к тонким мануальным навыкам, например игре на пианино, созданию ручных изделий или рисованию. Поэтому личности с шизоидным уклоном могут стать гениальными музыкантами или художниками.

К 10-11 годам дети постепенно адаптируются к внешней среде. Они находят небольшое число друзей, с которыми общаются. С другими людьми могут быть формальные отношения без эмоциональной привязанности. Однако любая возможность общения или выхода в коллектив связана с напряжением, чувством дискомфорта.

Шизоидный тип личности часто сочетается с характерным соматотипом – эти люди, как правило, высокого роста, двигательно неуклюжи, руководствуются в жизни своими интеллектуальными построениями, бывают способны на чрезвычайную преданность какой-либо идее. Есть сведения о том, что охрану Гитлеру набирали по критерию наличия шизоидных черт. Такие признаки, как причудливые увлечения и эмоциональная несинтонность, придает им формальное сходство с больными шизофренией, хотя по сути, ничего общего шизоидный тип личности с шизофренической болезнью не имеет. И в преморбиде (периоде до начала/дебюта болезни) среди больных шизофренией редко встречается шизоидный характер.

Шизоидное расстройство личности (шизоидная психопатия)

О шизоидной психопатии (шизоидном личностном расстройстве) можно говорить в тех случаях, когда заостренные черты характера выражены настолько, что отвечают критериям тотальности, т.е. проявляются в любой жизненной ситуации, не будучи ей адекватной, и, как следствие, возникает социальная дезадаптация.

Шизофрения

Если же говорить о таком заболевании, как шизофрения , то необходимо отметить, что эта психическая патология сопровождается:

Пациенты, страдающие шизофренией, погружаются в свой нездоровый внутренний мир. Они живут в собственных переживаниях при игнорировании реальности, которая не имеет ничего общего с внешним миром. Их мышление является не только аутистичным, но и паралогичным, и тогда оно становиться оторванным от реальности, а суждения не поддаются никакой коррекции и логическим доводам.

Часто в больных шизофренией в мышлении наблюдаются «закупорки» и обрывы мыслей (шперрунги) . Он отмечает, что «в голове ощущает пустоту и отсутствие мыслей». Также может наблюдаться «поток мыслей (ментизм), когда наблюдается много неконтролируемых мыслей, которые не отвечают данным потребностям и ситуации («не по теме»).

При нарушенном мышлении у страдающих шизофренией характерен феномен «соскальзывания мысли» . Больной говорит об одной ситуации, а спустя мгновенье описывает совершенно другую. Например, на вопрос: «Чем отличается кукла от женщины?», больной отвечает: «Кукла изготовлена с пластмассы, но она жива. Всё в мире живое. Если камень был бы мертвым, он бы давно распался».

Для людей с шизофренией характерны расстройства мышления (бред) и восприятия (галлюцинации), двигательные кататонические нарушения, которые никогда не встречаются у личностей с шизоидной психопатией.

Бред – это, когда больной шизофренией убежден в том, что не соответствует реальности, и разубедить его в этом невозможно. Это бред ревности, преследования, отношения, ущерба, воздействия, величия и др.

Галлюцинации могут быть зрительные, слуховые, тактильные и др.

Больной шизофренией воспринимает эти образы за правду. Он интегрирует их в рамки своих бредовых размышлений. Если обычный человек может верить в магию, пришельцев и паранормальные явления, то, когда он действительно видит, слышит и осязает их, это уже говорит о болезни.

С прогрессированием болезни такие люди становятся апатичными, им тяжело обучаться, работать, коммуницировать. Они теряют свои профессиональные навыки, происходит нарастание их несостоятельности, хотя формально интеллект не нарушается.

При правильном подходе и медикаментозной коррекции пациент, болеющий шизофренией, может вернуться к обычной жизни, продолжать работать или учиться. У него может появиться критика к болезненным переживаниям и болезни, он может наладить контакты с окружающими.

Шизоподобное состояние – личностное расстройство, которое проявляется в виде добровольной изоляции и желания снизить уровень взаимодействия с окружающими людьми . Чрезмерно развитая фантазия и склонность к невероятным теориям о строении мира, заставляют людей чувствовать себя некомфортно при общении с окружающими. Находясь под влиянием болезни, человек перестает понимать ценность дружеских и семейных отношений, а также отказывается принимать общеустановленные правила поведения. По мнению специалистов, первые признаки шизоидного личностного расстройства проявляются в детские годы. В данной статье, мы предлагаем рассмотреть особенности этого заболевания, и узнать о способах его лечения.

Шизоидное расстройство личности – это вид патологии, при которой личность сознательно избегает любых контактов с другими людьми

По словам специалистов, на сегодняшний день нет точных сведений, касаемо причин развития шизоидного расстройства психики. Однако проведенные исследования помогли выявить факты, которые стали фундаментом для теорий о механизме развития патологии. Каждая из теорий основывается на достоверных фактах, что говорит о возможной неоднозначной природе заболевания. По мнению врачей, причины появления недуга связаны с индивидуальными особенностями человеческого организма. Давайте ознакомимся с самыми достоверными теориями:

  1. Мутация . С каждым днем, количество канцерогенных веществ, имеющихся в окружающем человека мире, увеличивается. Именно увеличение количества этих веществ является одной из причин необратимых изменений в строении генов. Возможна ситуация, в которой генетические изменения не отразятся на физиологическом здоровье человека, однако вероятность передачи измененного гена потомкам — остается высокой. Поврежденная генетическая информация, по мнению многих специалистов, является основным фактором, провоцирующим формирование болезни.
  2. Неблагоприятная семейная обстановка. Также в научных кругах бытует мнение, что рассматриваемое заболевание является проявлением неудовлетворенных потребностей в детские годы. В младенческом возрасте, каждый человек нуждается в любви и внимании своих родителей. Недостаток подобных стимулов приводит к изменению восприятия окружающего мира, что делает человека в зрелом возрасте замкнутым и отчуждённым. Человек с шизоидным расстройством личности не воспринимает себя как часть социума, поскольку его мировоззрение отличается от других людей.
  3. Личностные факторы. Существует теория о том, что развитие болезни провоцируется различными комплексами, что оказывают влияние на уровень самооценки. Во время взаимодействия с окружающими людьми, человек испытывает острый дискомфорт, поскольку не может создать необходимые для себя условия. На этом фоне, больной начинает избегать общения с внешним миром, признавая себя недостойным. Комплекс собственной неполноценности становится причиной отказа сделать шаг для погружения в социум. В подобном состоянии человек начинает стремиться к одиночеству и самостоятельному времяпровождению.
  4. Нарушения в когнитивной сфере. Мыслительная деятельность оказывает повышенное влияние на модель поведения. В результате проведенных исследований, удалось выявить факт, что большинство людей, обладающих шизоидным личностным расстройством, страдают от когнитивных нарушений. Возможно, что многие больные испытывают необходимость в общении, однако нарушения мыслительной деятельности препятствуют построению коммуникативных связей. Отсутствие возможности дать четкое словесное определение собственным мыслям, порождает чувство дискомфорта. Именно чувство невысказанности приводит к появлению мысли о том, что единственный выход из сложившейся ситуации – добровольное отстранение от общества.

У людей шизоидного типа нет друзей, они холодны, не способны долго поддерживать отношения

Клинические проявления болезни

Шизоид - это человек, который находясь в большой компании людей, предпочитает избегать общения. В случае обращения, подобный человек старается использовать однообразные фразы, не имеющие эмоционального окраса. В большинстве случаев, такие люди предпочитают классический стиль в одежде, однако в редких случаях, шизоиды уделяют мало внимания к своему внешнему виду.

Существует множество косвенных и прямых признаков наличия болезни. Говоря о подобных признаках, в первую очередь следует упомянуть об отсутствии чувства удовольствия. Именно ради этого чувства, большинство людей совершают различные действия и уделяют внимание всестороннему развитию. Чувство удовольствия не характерно для шизоидного расстройства, что выражается в отсутствии интереса к предметам искусства, праздничным и торжественным мероприятиям и даже изысканной пище. У подобных людей отсутствуют жизненные стимулы, которые заставляют прикладывать усилия для получения желаемых целей.

Одним из главных жизненных девизов больных, является желание оставаться в стороне, в любой жизненной ситуации.

Шизоидный тип личности, признаки наличия патологии:

Давайте более подробно ознакомимся с вышеперечисленными признаками. Одним из первых признаков для беспокойства со стороны близкого окружения больного, является бесчувственность. Чужие радость и горе не вызывают у шизоидов никаких эмоций, что противоречит самой человеческой природе. Важно упомянуть, что люди с личностным расстройством редко прибегают к различным способам маскировки собственного безразличия. Наличие болезни оказывает влияние на сферу восприятия, что порождает недопонимание в необходимости выражения чувств.

Говоря об отсутствии эмоциональности, давайте разберем пример дня здорового человека. На протяжении всего дня, происходят различные события, которые вызывают различные виды реакции. Подобные реакции могут выражаться в виде радости, тоски, грусти и прочих чувств. Для людей с психическими расстройствами подобное выражение эмоций не свойственно. Любые жизненные обстоятельства сопровождаются безразличием, что становится залогом стабильности действий и высказываний.


Люди, которые страдают от шизоидной психопатии, имеют серьезные проблемы с общением, они замкнутые, любят уединение

Отсутствие либидо и склонность к фантазиям - те черты личности, что характерны для рассматриваемой патологии. По мнению специалистов, даже находясь на пике сексуальной активности, поведение больных отличается от манеры поведения их ровесников. Зачастую, у большинства пациентов психологов, полностью отсутствует интерес к представителям противоположного пола. Причиной подобного отношения является отсутствие самой потребности вступления в половой акт. Склонность к фантазированию проявляется в виде попытки компенсировать недостаток общения, полетом фантазии. Погружаясь в добровольную изоляцию, больной пытается сбежать от окружающего мира не только физически, но и морально. В собственных фантазиях, шизоиды прокручивают миллионы выдуманных событий и представляют себя героями различных вымышленных миров.

Отсутствие реакции на внешние раздражители проявляется в виде отказа соблюдения общепринятых норм и правил. Данный признак является ярким проявлением отсутствия способности представлять себя как часть общества. Критика и замечания в свой адрес не вызывает никаких чувств у шизоидов. Важно отметить, что одобрение, комплименты и похвала также игнорируются больными. Для подобных людей нехарактерны как негативные, так и положительные чувства в отношении окружающих.

Формы шизоидного личностного расстройства

Шизоидность – это психическая патология, которая проявляется в виде отчужденности и стремлении к изоляции, из-за отсутствия возможности найти собственное место в социуме. Важно отметить, что общественность негативно относится к людям с подобными проблемами. Нарушение общепринятых правил поведения и отсутствие реакции к критике и замечаниям, вызывают неодобрение у большинства людей. Однако, углубленное изучение этой проблемы позволило немного изменить сложившуюся ситуацию. Благодаря методике дифференциальной диагностики, специалисты получили возможность определить наличие проблемы на раннем этапе, что положительно влияет на результативность лечения.

В результате тщательного изучения рассматриваемого заболевания, специалисты выделили две основные формы шизоидного расстройства личности:

Шизоидное расстройство личности, опасно ли это? Человек, имеющий данное заболевание, не представляет угрозы для общества, однако в ряде случаев допускаются различные действия, направленные на разрушение собственной личности . Тяга к одиночеству может спровоцировать появление зависимости от употребления алкоголя и наркотиков. Развитие депрессивного расстройства в сочетании с рассматриваемым заболеванием может стать причиной появления мыслей о суициде и попытке самоубийства.

Также важно упомянуть о том, что большинство обладателей психологических заболеваний, отрицают наличие проблемы. Из-за этой особенности личностных расстройств, терапия недуга становится сложной задачей, для реализации которой требуется длительный промежуток времени. Основная проблема лечения заключается в том, что больные тяжело идут на контакт и агрессивно настроены против терапевтического воздействия.

Комплексная терапия шизоидного расстройства личности подразделяется на применение медикаментозных средств и методы психотерапевтической коррекции. Специалисты отмечают факт, что применение даже сильнодействующих препаратов не является гарантией достижения необходимого результата. Процесс лечения затрудняется отказом пациента от приема таблеток, сиропов или инъекций. Также следует отметить, что большинство пациентов обращаются за медицинской помощью в зрелом возрасте. Так как основные признаки болезни проявляются в детские годы, длительное отсутствие лечения лишь усложняет терапию.


На сегодняшний день причины шизоидной патологии до конца не изучены

Проблемы, что поддаются коррекции в детском возрасте, развиваясь на протяжении многих лет, становятся фундаментом человеческой личности. В задачу терапии входит купирование основных признаков заболевания, которые осложняют жизнь пациента. Использование фармакологических препаратов позволяет снизить риск развития осложнений, которые представляют высокую опасность для жизни пациента.

В случае с шизоидным расстройством личности, в составе комплексной терапии применяются лекарства из группы нейролептиков и атипичных антипсихотических средств. Основное действие этих медикаментов, направлено на предупреждение развития симптомов, которые могут оказать негативное влияние на психическое состояние больного.

Шизоидная личность — один из редко встречающихся психологических подтипов, в основе которого лежит стремление с одной стороны к полной независимости от окружающих, но так-же, с другой стороны — к полному контролю над окружением и ситуацией в целом. Это те самые люди, которые говорят: я к вам не лезу, и вы, будьте добры — не лезте ко мне. Но если уж вы залезли, будьте добры жить по правилам, которые установил я. Ведь это вы пришли ко мне!

Общая характеристика психотипа (по Шишкову)

Идейное, символическое содержание внутреннего мира. Переживаний, чувств много (они захлестывают), однако большинство из них не выходит, не выпускается наружу в качестве эмоций. Переживания трансформируются в причудливые идейно-символические структуры и только тогда афишируются. Всеобъемлющее, всеохватывающее желание (захватывающее ум) реализации своих идей-желаний (сверхценных идей). Эти идеи часто расходятся с реальными потребностями организма, тела. Идеализация желаемого. Жесткость территориальных, личностных границ их отстаивание. Самоудаление от социума граничащее с неприятием его (отвращением) и высокомерием. Позиция «я король», «я хозяин своей жизни», «я бог-распорядитель», «я свободен», «никто мне не указ».

Человек шизоидного типа всегда вырван из контекста социальных отношений. Данная личность испытывает большие трудности в выражении любых своих эмоций, либо делает это в очень ограниченном диапазоне. Особенно явно это проявляется при общении с другими людьми. У некоторых людей с этим расстройством психики также наблюдаются когнитивные нарушения (их мышление разорвано, то есть скачит от одной темы к другой), искажения восприятия, а также ярко выраженная оригинальность поведения в повседневной жизни (так называемый шизоидно-истероидный тип личности).

Человек с шизоидным расстройством не желает близости с другими людьми. Он стремится избегать любых тесных отношений, обычно не способен испытывать любовь. Шизоидная личность предпочитает проводить время наедине со своими мыслями, а не общаться с окружающими или находиться в группе людей. В обычных условиях человек с шизоидным типом личности воспринимается как типичный «одиночка».

Помимо этого, шизоидная личность испытывает особые трудности выражения своего гнева, даже в ответ на прямые провокации. Это формирует у окружающих ошибочное мнение, что такие люди холодны и бесчувственны. Часто их жизнь кажется посторонним бесцельным существованием. Обычно шизоидная личность преследует специфические жизненные цели, непонятные другим людям. Такие люди часто пассивно реагируют на неблагоприятные ситуации, им сложно давать адекватную оценку и определять значимость важнейших событий в их жизни.

Недостаточные социальные навыки и отсутствие стремления к сексуальным переживаниям приводят к тому, что люди с этим расстройством имеют очень мало друзей и редко вступают в брак. Им очень тяжело работать по найму или заниматься интенсивной работой, особенно если их трудовая деятельность предполагает постоянное межличностное взаимодействие. Зато шизоидная личность великолепно проявляет себя в условиях социальной изоляции и там, где требуется недюжинный интеллект. Примеры многих известных учёных, таких как Альберт Эйнштейн или Исаак Ньютон, наглядно убеждают нас в этом.

Шизоидный психотип формируется на основе эксцентричной модели внутреннего опыта и поведения, идущей вразрез с культурными нормами человечества.Как правило, признаки эксцентричного поведения наблюдаются у таких людей в двух или более из следующих областей: познание, управление людьми, межличностное взаимодействие, управление своими эмоциями. Их картина мира является недостаточно гибкой, а шизоидные черты характера проявляются в широком диапазоне личных и социальных ситуаций.

Шизоидная личность стабильна в своих проявлениях на протяжении всей жизни, а первые признаки шизоидного личностного расстройства обычно проявляются ещё в подростковом возрасте или юности. Шизоидный тип характера больше распространён среди мужчин, чем у женщин. Его распространённость в общей популяции крайне мала и составляет от 3,1 до 4,9 процентов.

Причины возникновения шизоидного расстройства

Исследователи до сих пор достоверно не знают, что вызывает шизоидное личностное расстройство. Разные теории называют различные причины развития шизоидной личности.

Личность человека представляет собой сочетание мыслей, эмоций и поведения, что делает каждого человека уникальным. Эти особенности проявляются в нашем отношении к внешнему миру, а также в том, какими мы видим себя. Любая личность формируется в детстве вследствие взаимодействия наследственности и факторов окружающей среды.

При нормальном личностном развитии дети со временем учатся точно интерпретировать социальные требования и реагировать на них соответствующим образом. Что идёт не так у детей шизоидного типа, точно не известно, но вполне возможно, что какие-то факторы вызывают определённые проблемы личностного формирования. Особенности функционирования мозга и генетика также играют важную роль.

Большинство специалистов придерживается биопсихосоциальной модели причинно-следственной связи. По их мнению, причинами, благодаря которым у человека формируется шизоидная личность, является сочетание таких факторов: биологических, генетических, социальных (например, взаимодействие ребёнка с семьей и другими детьми) и психологических (характер и темперамент, навыки противостояния стрессовым ситуациям). Это говорит о том, что ни один фактор нельзя считать ведущим – формирование того или иного личностного типа является очень сложным процессом, на который влияют все вышеперечисленные факторы. Однако исследования показали, что существует повышенный риск передачи этого заболевания от родителей к детям.

Кто же находится в группе риска? Шизоидный личностный тип часто наблюдается у членов одной семьи. Вы можете быть в опасности, если у вас были или есть родственники с шизофренией, шизотипическим расстройством, а также любым другим личностным расстройством.

Детские переживания также играют значительную роль в развитии этого заболевания. Такие факторы включают в себя:

Симптомы

Шизоидное расстройство личности характеризуется дистанцированием в социальных отношениях и ограниченным диапазоном выражения эмоций в межличностных контактах. Такие черты личности проявляются, начиная уже с ранней молодости, и присутствуют в различных вариациях. Обычно шизоидный личностный тип включает в себя четыре (или более) следующих признака:

Поскольку это личностное расстройство опирается на устойчивые модели поведения, наиболее часто оно диагностируется в зрелом возрасте. Его довольно сложно диагностировать в детстве или в подростковом возрасте, потому что ребёнок или подросток постоянно развиваются. Если всё же это происходит, вышеперечисленные симптомы должны наблюдаться у ребёнка на протяжении как минимум одного года.

Тем не менее, такие ранние симптомы шизоидного расстройства личности, как повышенный интерес к индивидуальной деятельности или высокий уровень социальной тревожности, в подростковом возрасте уже хорошо заметны. Ребёнок может быть школьным изгоем, или отставать по своему социальному развитию от своих сверстников, из-за чего он часто становится предметом издевательств или насмешек.

Как при большинстве других личностных расстройств, проявления шизоидного типа личности с возрастом становятся более интенсивными, поэтому наиболее ярко симптомы этого расстройства психики проявляются в возрасте 40-50 лет.

Гармоничные черты шизоидной личности
  1. Устойчивые предпочтения (я это выбрал есть, делать, пр.).
  2. Уважение чужих границ.
  3. Интеллигентность (уважение к себе и собеседнику).
  4. Аристократичность (избранный круг, высокие правила).
  5. Хорошие хозяева большого дома, хозяйства, управленцы.
  6. Честолюбивы (быть лучшим, выделяться), тщеславны.
  7. Клановость (мой клан, моя семья, мой дом).
  8. Умны, начитанны, любознательны.
  9. Богатый внутренний мир идей, фантазий.
  10. Развитость мышления (дотошность, анализ-синтез, индукция-дедукция).
  11. Уважение сложного (сложных задач, структур, идей, пр.).
Дисгармоничные черты шизоидной личности
  1. Защита собственной территории, границ даже тогда, когда это не требуется («не надо на меня давить – я сам знаю что и как делать», «это мой дом – освободите территорию» и пр.)
  2. «Все будет по-моему» (в моем доме, территории, семье) – при жажде личной свободы, отказ в ней своим близким.
  3. Отгораживание себя от социума («мне, по правде, никто не нужен), замкнутость в своем мире идей-желаний.
  4. Другая, часто непонятная другим логика при нежелании быть более понятным другим.
  5. Высокомерие по отношению к другим людям («я самый умный»), снобизм.
  6. Не любят, отказываются помогать людям просто так, от души (только от идеи, выгоды).
  7. Сверхидеализация своих идей-желаний – сложности реализации («это не мой принц, а какой-то пухлый дурак»).
  8. «Цинизм, нигилизм, сарказм, оргазм» - ценности шизоида.
Страх/Дискомфорт у шизоидной личности вызывает
  1. Отсутствие свободы(действий, мышления, идей).
  2. Навязывание чужих идей, советов (я сам знаю, что и как), принуждение (как формы несвободы).
  3. Нарушение личной территории (дома, семьи, личности, сверхценной идеи-желания).
  4. Нереализация главной сверхценной идеи-желания.
  5. Глупости, потеря ума, сумасшествие.
  6. Потеря своего я, своей целостности, своих границ.
  7. Необходимость в социуме (не любят работы связанные с общением).
  8. Чужое влияние на свою судьбу (ненавидят быть пешками).

Профессии, наиболее подходящие шизоидной личности

  1. Аналитики.
  2. Разведчики, контрразведчики.
  3. Ведение своего личного бизнеса.
  4. Философы.
  5. Писатели-фантасты.
  6. Программисты.
  7. Физики, математики.
  8. Банковские работники, экономисты, главбухи, сфера налогообложения (реализация сложных задач).
  9. Ученые-теоретики (новое виденье, сложные идеи, непонятные).
  10. Режиссеры, художники, изобретатели (неординарные).

Лечение

В общем-то лечить тут нечего. Это подтип личности, а не психопатия. Примите себя такими, какие вы есть. В конце-концов что было бы, если бы Энштейн и Ньютон вместо науки занялись бы самолечением? Правильно. Ничего хорошего бы не получилось. Да, шизоидная личность очень сильно подвержена депрессиям, но тут надо учиться выходить из депрессии. Вот и все. Чтобы окончательно понять, что вы не нуждаетесь в лечении — посмотрите видео:

Шизоидный тип

Прежде всего, отметим тот стержень типа, о котором шла уже речь, тот самый характер связи «человек - внешний мир».

Стержень типа - это обращенность вовнутрь , это слабая, рыхлая связь с внешним миром.

Главное, что направляет человека такого типа - это его внутренний мир, внутренние механизмы психики. И гораздо меньшее значение для шизоидов имеет внешний мир. Шизоиды по сравнению с другими типами очень ограниченно принимают сигналы, идущие из внешнего мира, они настроены не на прием сигналов и не на ориентировку на этот внешний мир. Шизоиды - это типы, замкнутые внутри себя. Замкнутые по своей основе, по структуре своей.

Обращенность вовнутрь - основное положение для понимания шизоидного типа. Что же следует из этого положения?

Прежде всего - это самостоятельность мышления. Шизоиды всегда самостоятельны в своем мышлении. Однако это не значит, что шизоиды всегда высоки в своем мышлении, что они всегда поднимаются до высоких уровней интеллекта. Совсем нет. Уровень интеллекта у них бывает любой, как и в любом другом характерологическом типе, от высокого и до очень низкого. Это также еще не значит, что мышление шизоида обязательно творческое; абсолютно нет.

Но мышление шизоида всегда самостоятельно.

Как это себе представить?

Шизоиды почти не принимают готовых положений, готовых форм, готовых представлений. То есть формально - они очень плохо обучаемы. Они не запоминают просто, что называется, беря на веру то, что им говорится. В несколько утрированной форме это выглядит, например, так: если им говорится, что при переходе улицы следует смотреть не вперед, а влево и вправо, то они не запоминают это как данность. Они сначала проверяют это положение; они должны понимать, почему надо смотреть вправо и влево, когда это установлено, что это дает, когда уже установлено, есть ли случаи, когда не надо придерживаться этого правила. И только после этого они это правило примут, после того, как поймут, усвоят, осознают до глубины весь внутренний смысл этого положения, как бы просто оно ни было.

Самостоятельность мышления шизоидов не обязательно делает их неконформными. Они бывают и конформны. Но уж тогда они… так конформны(!),- потому что все положения ими проверены и приняты. Проверены, а не просто запомнены! А это значит, что они очень устойчивы и могут быть очень конформными, незыблемо конформными. Но это же свойство - проверки и самостоятельности - свойство как бы «Фомы Неверующего» - может создать и неконформность. Потому что что-то они для себя примут, а что-то не принимают, не осмысливают необходимости такого положения (например, какое-то социальное правило, обязательство и т.д.). И тогда набор представлений у них получается частично конформный, иногда - сильно неконформный, - и они сильно отличаются от окружающих. (Это уже решается окраской их эмоциональной сферы, воспитанием, уровнем интеллекта, направлением потребностей и т.д.).

Таким образом, шизоиды в процессе своего развития могут сложиться как люди конформные и как люди неконформные. Но такая возможность дается именно этим свойством - самостоятельностью мышления.

Чаще они бывают неконформны. Потому что ведь весь широкий конформный набор представлений, рекомендаций (личных, социальных, - любых) собран из практики общественной жизни данной культуры, в которую входят люди с самыми различными наклонностями. Конформный набор - это как бы сумма оценок и положений общественной жизни, и многое из этого набора шизоидам не подходит; они многое не принимают, поэтому чаще они складываются неконформными.

Очень конформны они на низких уровнях интеллекта, потому что они принимают веками отобранные формы жизни человеческого общества. Они принимают эти положения, проверяют их и становятся незыблемо конформными.

Очень ориентировочно можно представить себе так: чем ниже уровень интеллекта шизоида, тем вернее, что он конформен; и чем выше уровень интеллекта шизоида, тем вероятнее, что он неконформен.

И зависти это все от одного и того же свойства - от самостоятельности мышления. Шизоиды - хозяева в своих положениях, представлениях. Чтобы их освоить, они должны их проверить - они ничего не принимают на веру.

В зависимости от этого же свойства - самостоятельности мышления - на разных уровнях мышления у шизоидов складываются различные тенденции, которые именно в этом типе уживаются и соседствуют.

Шизоиды легче, чем другие типы, идут на обобщение в мышлении; шизоидам свойственна генерализация. И эта генерализация тем больше, чем выше уровень интеллекта.

Шизоиды мало конкретны. Складывается это опять-таки под влиянием того же самого свойства - самостоятельности мышления, их не задерживают привычные подходы. Они легко обходят эти привычные для других подходы и могут подходить снова и снова к одному и тому же явлению с разных сторон. Поэтому разные задачи ими решаются по разному.

Вот и получается, что на высоких уровнях интеллекта (или средних, но ближе к высшим) - это люди очень продуктивного мышления, это теоретики, люди с теоретическим складом мышления, с хорошим обобщением, со своеобразием подхода к умственным задачам. На высоких уровнях интеллекта - это прекрасные мыслители. Однако зависит это не только от самостоятельности мышления, но еще и от их основного свойства, от обращенности вовнутрь, от слабого, непостоянного, рыхлого соприкосновения с внешним миром. Ведь именно отсюда следует, что материала конкретного, конкретных проявлений в жизни у них мало. И когда они идут на большую генерализацию, это начинает сказываться: они отрываются от конкретных выражений тех обобщений, которые им доступны. Поэтому они становятся несколько формальными. В связи с этим - это люди, самые способные в науках, легко оперирующие формальными представлениями. Это прекрасные мыслители, поскольку ничего конкретного из внешнего мира им для этого не требуется; они хорошо идут на обобщение и этого вполне достаточно. Но именно поэтому они - плохие биологи (потому что с внешним конкретным миром связаны плохо).

Шизоиды - очень хорошие физики, математики, историки, прекрасные философы. А что касается наук биологического направления (включая даже химию, биохимию), то это идет у них намного хуже. Потому что здесь все должно быть подтверждено конкретным материалом, а конкретный материал им добыть трудно, поскольку тенденции к связи с внешним миром у них нет и различие конкретных деталей у них плохое.

Но иногда, поднимаясь до «верхов творческих высот», на отвлеченные, абстрактные уровни, шизоиды испытывают затруднения: соприкосновение с этими высшими уровнями начинает сказываться уже как бы с «перегибом» в обратную сторону - нехватка конкретности снижает их ориентировку. Потому что ближайший внешний мир, особенно человеческая среда, материальные процессы окружающей человеческой жизни им плохо доступны. Они настолько плохо владеют конкретными формами и проявлениями, что это начинает создавать разрыв, не обеспечивая их ориентировку и адаптацию.

Отсюда и рождаются знаменитые исторические анекдоты о всяких такого рода ученых, которые варят свои часы, глядя на яйцо. Такие проявления им действительно присущи, хотя и не в таком анекдотическом виде. Они многого не умеют. (То, что они хорошо оперируют на абстрактных, отвлеченных, верхних уровнях обобщения, относится только к тем из них, кто имеет высокий уровень интеллекта.)

На низком уровне интеллекта шизоид просто прямолинеен. Теоретических обобщений интеллектом не обеспечено, а конкретности все-таки не хватает (потому что у шизоидов с низким уровнем интеллекта связь с миром остается тоже плохая - от недоступности верхнего уровня она не улучшается). Вот и получается: и конкретности не хватает, и гибкости нет достаточной, чтобы имеющиеся конкретные данные все же как-то связать между собой и отобрать все необходимое. Поэтому такие шизоиды просто прямолинейны - это «носороги». Они прямолинейны и ригидны.

И вот, если посмотреть на тип шизоида глазами человеческой среды, человечества, то получается, что этот тип включает и тех, кого называют «дубами» и «тупицами», и тех, кто составляет прослойку теоретиков высших духовных проблем.

Причем облик и у тех, и у других очень определенный и очень ярко выраженный. Потому что зависит это, как видим, от одних и тех же свойств - плохая связь с внешним миром, отсутствие тенденции и активности каналов связи с ним. Поэтому уровень сложности мышления, уровень интеллекта разбрасывает их по всему диапазону: от творческих теоретиков до тупиц. Ни у кого из них нет тенденции повернуться к внешнему миру. У них плохой поиск, они перерабатывают внутри себя то, что есть, и почти никогда не могут получить дополнительных (даже нужных им самим) деталей. Это как бы либо «духовная слепота», либо «внутренняя близорукость». Им не хочется разглядывать внешний мир, который у них как бы в тумане.

Большинству шизоидов, исходя из такого построения мышления, свойственно некоторое своеобразие суждений. Причем своеобразие это опять-таки располагается по всему диапазону - от своеобразного схватывания самых тонкостей, закрытых от других, самой сущности, какого-то оригинального скрытого поворота, - и на другом полюсе - вплоть до того, что схвачена только самая сущность, которая, по сравнению с общей конформностью, потеряла всю свою объемность.

Оценки шизоида либо очень точны и тонки, либо прямолинейны и недостаточно окрашены (в смысле эмоциональности и в смысле разносторонности явления) - сущность схвачена, а разные ее оттенки и грани не схвачены, поэтому оценка получается одновременно и правильная и недостаточная.

Шизоидам свойственна жесткость контроля. Связано это с тем же. Шизоиды контролируют, жестко проверяют все: свои решения, свои собственные действия, предлагаемый материал, сведения извне и сенсорную информацию. Буквально на все как бы накладывается измерительный инструмент - контролю подвергается все, вплоть до собственного поведения.

Таким образом у шизоидов складывается малоподвижность мыслительных стереотипов. Это люди очень устойчивого подхода.

Это не значит, что они не усваивают иные и дополнительные. Набор этих мыслительных стереотипов увеличивается, но прежние они не утрачивают. Поэтому шизоид не изменчив, но устойчив.

Теперь попробуем перейти с мышления на другой уровень.

При соприкосновении с людьми шизоиды оказываются до убедительности упрямы в своих положениях, утверждениях, теориях. Переубедить их крайне трудно. Шизоид не сдается до тех пор, пока по одному и тому же положению не следует серия громовых ударов, приводится огромное количество аргументов. Все эти аргументы проверяются, контролируются, взвешиваются. Все продолжает проверяться; предлагаются другие способы рассуждения… И только тогда, когда шизоид переубежден полностью (а уходит на это огромное количество времени и нужен мощный, не слабеющий напор) - он наконец сдает свою позицию, меняет ее или принимает иное положение.

Это совершенно противоположно поведению истероида, которого переубедить ничего не стоит, предъявив ему один аргумент, но достаточно эмоционально окрашенный. Истероид моментально отказывается от своего убеждения или положения, но, отказавшись, в этом не признается (хотя внутренне давно отказался, внешне продолжает утверждать то же самое - «честь мундира»!..). Шизоиды наоборот: убедить их крайне трудно, однако, если они переубеждены, то немедленно об этом объявляют.

То же можно сказать и о поведении шизоидов - они никогда не «прикрываются». По манере поведения - это люди искренние. От своей старой (устаревшей) позиции они отказываются публично.

Шизоиды упрямы не в поведении, а в мышлении. Каков их внутренний мир, таким он и объявляется - если объявляется вообще.

Еще одна особенность шизоида - это трудность отклонения от темы. Шизоид держится за тему своих размышлений, за тему разговора или диалога (если это диалог), держится и при самостоятельной работе, один на один с собой. И не позволяет увести себя от этого направления. Это легко заметить и во внешних формах. Например, характерологически очень легко отличить какую-то статью в любой области науки, написанную шизоидом. Статья шизоида всегда построена прямо, звено за звеном, по основному пути рассуждений. Можно это наблюдать и в художественной литературе. Отклонения, возвращения, с переменой мест и времени - для шизоидов не характерны. То же самое и в разговоре. Беседуя с шизоидом вы можете сказать: «…Но, между прочим, бывает, что…». Шизоид вас остановит и скажет, что вы пока что разговариваете об основном, а не о деталях, хотя бы и связанных с основной темой разговора. Об этом будет разговор потом. А если и не скажет, то не ответит - промолчит только из соображений воспитанности.

Контакт у шизоидов всегда затруднен. Потому что контакт с человеком или группой людей требует обращения к этим людям, а шизоид обращен на себя. Но шизоиды не эгоцентричны. Если истероиды обращены на созерцание своих свойств, качеств, своего поведения, положения, то шизоиды обращены на содержание своего внутреннего мира, на темы, феномены, явления которые их интересуют, а не на свою личность. И поворот к людям у них получается с трудом.

Контакт шизоида определяется ситуацией и необходимостью, а не потребностью самого шизоида.

Контакт шизоида избирателен (если есть возможность выбрать). Если необходимость подсказывает, что нужно пообщаться с людьми определенной профессии, определенных занятий, и есть возможность выбора - шизоид выбирает; нет возможности - общается с тем, с кем нужно.

Хотелось бы еще раз подчеркнуть, что для понимания многих характерологических свойств любого типа (и особенно такого, как шизоид) нужно помнить и опираться на представление системы, целостной характерологической системы. Т.е. отдельные черты, свойства не рядоположны, а скоординированы в систему.

Вспомним, например, шизоидную манеру мыслить. И представим себе теперь, какие у шизоида критерии определения человека в каждый данный момент. Во-первых, они недостаточно конкретны; во-вторых, они, как и суждения, своеобразны; в-третьих, шизоиды - люди с жестким контролем, пропускающим минимальные эмоциональные накладки. Шизоид не повернут к человеку, он делает это вынужденно. Поэтому степень проникновения и улавливания человека у шизоида очень слабая.

Шизоиды - люди с очень слабой степенью эмпатии, ориентировка у них строго мыслительная, а набор критериев недостаточно конкретный. Поэтому они схватывают человека в ситуации общения с ним несколько формально. Шизоид не учитывает некоторых неформальных окрасок и поворотов, не улавливает тенденций человека. И, разумеется, наталкивается при этом часто на недовольство, на случаи недопонимания. Возникает взаимное напряжение в контакте. Шизоид часто недопонимает настроения человека в контакте, его желание, опасение, возможность реагировать на сигналы. То же - в отношении темпа совместной деятельности. Шизоид работает в своем темпе, не улавливая и не учитывая чужого - он этого не умеет.

И поскольку шизоиды не умеют улавливать оттенки ситуации и возможности партнера по контакту, их оценки, критерии для оценок, хотя и совершенно верны, но недостаточны. Поэтому уже от начала контакт труден для него и для партнеров по контакту. Потом к этому прибавляется еще и то, что шизоиды неожиданно для себя наталкиваются на протест, отчуждение, холодность. Это может вызвать уже заранее напряжение перед предстоящим контактом. Шизоиды знают, что их контакт неполноценен, поэтому напрягаются всегда (контакт для них нежелателен), но не обвиняют в этом людей, не относятся к людям из-за этого хуже.

Так же своеобразны формы внешних проявлений шизоидов, например, речь. Они меньше пользуются эмоционально окрашенной лексикой, чем люди других типов; они пользуются более обобщенными понятиями, и речь их становится менее понятной. Но как раз это шизоиды контролируют плохо. Стать на чужую точку зрения, посмотреть на себя со стороны, послушать себя шизоиды не умеют. Но последствия этого они знают (знают, что их часто не понимают, либо недопонимают). Иногда они на это сердятся, сменяют терминологию, слова, но все остается на том же уровне - и шизоиды раздражаются, когда вынуждены повторять, их это обижает.

Если у таких людей имеются еще и какие-то внутренние затруднения, если такие эпизоды в их жизни неоднократно были, то такие шизоиды становятся сензитивными.

У шизоида в это время уже появилась потребность снимать имеющееся напряжение, особенно - возникающее в общении с людьми, а средств для этого недостаточно, и снять напряжение не удается. Поэтому каждая неудача, каждый промах особенно сильно сказывается - на самолюбии, на самочувствии, на окраске настроения. Это и есть те самые сензитивные шизоиды, которые настороженно ждут промаха, ловят его, боятся и очень болезненно переживают. На этом основании они становятся ранимыми, замыкаются…

Есть случаи (даже не у сензитивных шизоидов), которые внешне выглядят как неожиданные, внезапные, как будто ничем не обоснованные - контакт вдруг совершенно неожиданно рвется, ломается, шизоид отталкивает человека близкого общения, теряет его и не прощает ему чего-то… Внешне это производит впечатление взбалмошности, необоснованного, спонтанного поступка.

На самом деле это совсем не так. Обыкновенно это случается на фоне очень глубокого контакта. Чем глубже контакт, тем больше оснований полагать и опасаться, что он попадет под удар и будет разорван. Потому что шизоиды не способны на то, что Конрад называет «коперниковским поворотом» - выйти из своей позиции и посмотреть на себя со стороны, для того, чтобы потом, вернувшись в свое положение, знать, как видят тебя люди, посмотреть на себя «чужими» глазами. Этот поворот, которым прекрасно владеют истероиды (в какой-то позиции они способны подстроиться), - почти невозможен для шизоидов.

Поэтому чем больше доверия, чем глубже контакт, тем больше такой шизоид приписывает своему близкому другу свои собственные взгляды, свои собственные свойства и свои собственные реакции. Он принимает близкого человека почти как самого себя и поэтому ждет полного совпадения. Он считает, что ты, его друг, должен реагировать на какое-то событие, обращение, просьбу точно так же, как он сам. А человек вдруг реагирует не так. Хотя он любит, привязан, понимает друга - шизоида, но все равно - ведь у него есть еще и какие-то свои повороты.

Шизоид воспринимает это несовпадение как предательство - и не прощает этого.

Поэтому надо помнить, что этот глубокий недозированный контакт - вещь очень опасная. И если у такого шизоида один друг, к которому он привязывается все глубже и глубже, буквально в него «врастает», то тем больше опасность, что он его потеряет, что отношения их порвутся.

Некоторые родители и воспитатели радуются, что замкнутый, одинокий ребенок обретает близкого друга. Но при этом не надо забывать, что тем сильнее опасность, что подросток его оттолкнет, не простив ему какого-то простого несовпадения. Чем глубже контакт, тем он более угрожаем.

Вообще же шизоиды обретают друзей трудно и медленно, но сохраняют их надолго; контакт их устойчив, хотя и узок.

Шизоиды - люди преданные, хотя и упрямые. Обыкновенно они терпимы, не навязывают ничего. Они готовы включиться в судьбу человека, готовы ему помогать, содействовать. Но делают они это не всегда хорошо, не всегда вовремя - они неуклюжи. Бывает, что в ситуациях тонких, эмоционально изменчивых они доходят до положения «слона в фарфоровой лавке» - принося вред, желая принести пользу.

Поэтому в поведении они неудобны, нескладны - они промахиваются. Часто за это их обвиняют в глупости. Но это несправедливо - это не глупость, а недостаток гибкости и тонкости, а иногда - недопонимание от недостатка конкретности.

Они своеобразны, а не глупы. Они кое-что пропускают, зато прекрасно схватывают основное. Обыкновенно они дают людям исключительно верные характеристики, хотя (и почти всегда) неполные. Они прекрасно схватывают сущность человека, но не знают многих его черт и проявлений.

Теперь вернемся к одному из основных положений.

Поскольку шизоид не повернут к внешнему миру, то он и не имеет других способов и форм контакта (ведь контакт может быть не только речевым, а и моторным, мимическим, интонационным). Все иные (кроме речевого) способы контакта у них обеспечены плохо. У шизоида плохая выразительная моторика, хотя это не мешает тому, что у них очень хорошая мелкая моторика - хорошая и точная. У них прекрасная кисть руки, они точны в исполнении, это обыкновенно хорошие мастера - конструкторы. Хуже, чем эпилептоиды, потому что они своеобразны и им не хватает мелких автоматизированных движений и они не педантичны. У них малоподвижная мимика; мимическая мускулатура не работает на выразительность.

Недостаточность выразительных средств также работает на неполноценность контакта шизоидов. К тому же словами они выражают только общие свои чувства, а иногда не выражают вовсе, поскольку потребности «изливаться» у них нет. Активности в разговоре они не проявляют, говорят больше по необходимости, отвечают на вопросы, не задавая их.

И когда человеку надо, например, сочувствие, понимание, сопереживание, шизоид может и понимать, и сочувствовать, и даже сопереживать, но не может этого выразить. Поэтому их считают нечувствительными, холодными.

Шизоиды эмоционально адекватны и часто очень хорошо схватывают настроение человека. Но подстроиться под чужое настроение они не умеют, и им не доверяют в этом отношении. Кроме того, поскольку это люди жесткого контроля, они и не позволяют себе этого, даже словесно. Потому что эмоции, переживания не должны занимать ведущего места (так они считают). В первую очередь - логика, в первую очередь - правда и смысл. Важно найти выход, важно помочь человеку. Мыслить, думать…

В поверхностных контактах это очень мешает, но и в глубоких надо все это себе представить и понять, чтобы даже близкие люди не ошибались, понимали, что шизоид не бесчувственен. Если можно помочь, то сделает шизоид максимум, а выразит - минимум. Этого многие не понимают.

Но, правда, шизоиды не так поверхностно чувствительны, как истероиды или психастеники, которые чувствуют буквально каждое малейшее дуновение настроения. Шизоиды чувствуют основное, а почувствовав, моментально принимают рациональное направление - не переживать, углубляясь, а что-то делать, искать, как исправить положение. И пытаются исправлять - со своей точки зрения, своим внутренним движением, часто не попадая в тон тому, ради кого они, собственно, и действуют. Поэтому при самых лучших намерениях и активности они получают иногда очень решительный отпор, причем отпор совершенно не заслуженный.

Это тоже, в свою очередь, отвращает их от контакта, потому что они заранее ожидают неудач, боятся их; это тоже повышает напряженность контакта. Шизоид всегда ждет осечек, от них не зависящих.

Это порождает заранее нежелание подойти излишне близко. Контакт шизоида всегда чуть-чуть дистанцированный.

В области контакта эти особенности шизоида создают амбитендентность. С одной стороны, они, идя по пути рациональному, хотят контактов; с другой стороны, они всегда их боятся, потому что эмоционально контакт всегда для них неприятен. Иногда такая характерная черта шизоида заметна и внешне, и трудно бывает уловить, тянется к тебе такой шизоидный человек или отталкивается.

В контакте, в речи шизоиды избегают точных формулировок. Порождено это тем, что с самого начала имея опыт непонятости окружающими, они опасаются произносить формулировки в том виде, в каком они точны для них самих. Внутренне шизоиды вполне владеют точностью формулировок, но они портят ее, пытаясь (и не умея) приспособиться к своим собеседникам. Шизоиды очень редко могут точно сориентироваться в ситуации. При этом они очень точно схватывают смысл ситуации, ее место в целом ряде других ситуаций, других событий. Но детали ситуации они упускают. Это ведет к тому, что они хорошо определяют причины ситуации, ее характер, как бы ее структуру, но очень плохо прогнозируют динамику, не учитывают какие в ней возможны повороты. А в соприкосновении людей нередко важнее прогноз, а не причины.

Ближайшие повороты ситуации шизоидам недоступны, зато на более продолжительные периоды им это удается лучше других.

В неудачах этих виновна все та же тенденция к генерализации: шизоиды берут уровень немного выше, чем надо, пропуская то, что рядом. Ведь могут быть задержки, вмешательства каких-то посторонних факторов, изменяющих ритм и течение ситуации. Их-то шизоиды и не учитывают.

Подобную свою напряженность, неточность шизоиды знают, контролируют, но относятся к этому по разному - в зависимости от своей эмоциональной реактивности, чувствительности, более или менее высокой. Иногда они свои неудачи переживают очень болезненно, иногда - привыкают, соглашаются с таким положением; так и живут - другого мироощущения в среде им не дано.

Чем выше интеллект шизоида, тем меньше, слабее его дискомфорт. На низких уровнях интеллекта дискомфорт больше, болезненнее. Потому что чем выше интеллект, тем больше поворотов, ведущих шизоидов к терпимости, тем шире диапазон их других интересов, тем больше отвлечений, тем больше способов выйти не на контакт с людьми, а на теоретические планы деятельности.

Шизоиды - это единственный тип, у которого имеется поверхность и глубина. Истероид, психастеник и эпилептоид смотрятся с поверхности и до самой глубины совершенно одинаково. Анализируя особенности людей этих типов, мы как бы слой за слоем снимаем, но обнаруживаем под каждым слоем, в каждом следующем, более глубоком слое все те же самые, только более понятные механизмы.

А вот шизоид - совершенно другой по структуре тип. Случаи совпадения поверхности и глубины у него редки.

Шизоиды замкнуты в контакте, своеобразны в мышлении, поэтому они всегда имеют оболочку, отгораживающую их от внешнего мира.

Это вовсе не означает намеренной скрытности и боязни (такие случаи бывают, но они не типичны). А совпадение (на поверхности, в поведении - то же, что и в глубине) - для шизоида - самый редкий вариант.

Иногда наблюдается полярный вариант - на поверхности одно, а в глубине совершенно противоположное. Например, человек приспосабливается жить как человек исполнительный, рассудительный, справедливый, суховатый… Таким знают его окружающие (на поверхности). А в глубине души он может быть человеком с большим юмором, эмоционально очень чувствительный к красоте, нежный, мягкий, с интересами не техника - администратора(как его знают окружающие), а внутренне он может быть страстным музыкантом, поэтом и т.д. Это его внутренний мир, он им живет, но потребности это кому-то показывать, рассказывать у него нет - ведь шизоиды совершенно не демонстративны.

Иногда это выражается в оформленных хобби - вспомните тех же самых физиков, которые почти сплошь довольно талантливые поэты или юмористы (сборник «Физики шутят»!). Ни в какие журналы они не ходят, никому своих стихов не предлагают, даже друзьям читают крайне редко. Так это и остается до тех пор, пока людям удастся как-то до этого самим докопаться.

Другой вариант - это просто расхождение: на поверхности шизоид - один человек, а внутри, на глубине - не полярный, не противоположный, но - другой. Допустим такой же человек - внешне суховатый, рациональный администратор - может оказаться в глубине чуть-чуть авантюристом, охотником, спортсменом. Это не противоположность, а просто несовпадение.

Еще один вариант - нулевой вариант глубины. Оформляется это в таких своеобразных образованиях, как, например, коллекционирование. Но коллекционирование особое.

Обыкновенно коллекционирование, т.е. объекты коллекционирования - это вещь символическая. Человек, собирающий, например, марки, интересуется географией, историей, этнографией… Это какая-то область знаний, науки и какой-то путь к ним. Марки - это представительство какого-то направления человеческой жизни (пусть во времени отдаленной), жизни не актуально общественной, а исторической. Другие люди коллекционируют, например, бабочек, геммы, камни. Это, в сущности, люди искусства, биологи, собирающие, например символы творческой продукции.

Есть же наряду с этим коллекционеры, которые собирают вещи, не являющиеся символами вообще (ничего не символизирующие). Например, сломанные ножи - не ножи определенной эпохи, или определенных областей применения. Излом же - не представительство никаких областей жизни и мысли. Либо это - затычки, пробки, любые стенные надписи, объявления («вход рядом», «пропал щенок» и т.д.)

Такое «коллекционирование» - один из самых часто встречающихся опознавательных знаков «пустого» шизоида,

Такие люди знают и помнят правила поведения, социальной деятельности. При необходимости их выполняют, но никогда в них не заинтересованы. Вот это и есть эмоционально холодные люди. Они равнодушны, совесть их всегда бездейственна и спокойна. Таким же образом (только размышляя и «прикидывая») они образуют семью - женятся, выходят замуж.

Подобным же образом женщина воспитывает своих детей - делает для них все, что необходимо, но никогда не обеспечивает ребенку настоящей душевной теплоты. Потому что нисколько в этом эмоционально не заинтересована. (Это не страстная женщина-мать.) Просто - умеет сообразить, делает так, как это требуется, но пропуская случаи, где нужна чувствительность, не отдает предпочтения никому из людей. Такие люди не вмешиваются активно в ход событий вокруг себя, вмешиваются только тогда, когда видят, что вмешаться надо, потому что «так поступают порядочные люди», «так полагается». «Срабатывает» не сама порядочность, а только знание о ней.

Все эти варианты основываются на разных механизмах.

Например, люди очень замкнутые, но очень эмоциональные, т.е. близкие к сензитивным, чаще всего дают полярности.

Расходящийся вариант дают люди не очень большой чувствительности, но очень большой замкнутости.

Совпадение - вариант наиболее частый для людей с наименьшей степенью замкнутости. Это шизоиды, которым легче всего повернуться к внешнему миру, к среде. Однако это случай относительно редкий.

Наконец, есть еще один случай этого явления - наличие особой (особенной) глубины, прикрытой полярной поверхностью. Это так называемые резерваты - оазисы. Вот эти-то резерваты обычно охраняются.

Шизоиды, имеющие у себя в глубине такой оазис, что-то самое дорогое, сокровенное - это как раз люди, которые боятся и не очень любят, когда им «лезут в душу». Они не открывают ничего, сопротивляются, стараются скрыть как раз самое дорогое для себя.

Эмоциональные резерваты - это места очень чувствительные, это буквально «ахиллесова пята» человека. И если по ней ударить, шизоид может погибнуть. И получается, что человек, в общем-то и не очень скрытный (в других областях он позволяет расспрашивать себя достаточно спокойно), в области эмоционального резервата изо всех сил будет отстаивать и защищать неприкосновенность своего резервата. Это случаи большой неравномерности распределения эмоций.

Это люди в контакте действительно холодноватые, не просто не умеющие выразить, а истинно холодные, плохо реагирующие на все, кроме этого эмоционального резервата. Там они страстны. Вся эмоция, какая у них есть, брошена туда и поэтому заключена в капсуле. Именно этот тип людей чаще всего повинен в происхождении легенды об «эмоциональной холодности шизоидов».

С суицидологической точки зрения - это как раз угрожаемая «ахиллесова пята» человека.

Когда удар попадает на такой эмоциональный резерват - это суицид, и суицид обыкновенно завершенный! Это полный крах - на дальнейшую жизнь эмоций не хватает (она эмоционально не обеспечена) - все связи рвутся. В остальном же это - люди устойчивые, не хрупкие, переносящие в других областях существенные удары, противостоящие им без особой реакции.

Например, это может быть человек, который перенес большой профессиональный крах, ему пришлось менять специализацию, может быть потерять авторитет… Ничего. Он выправился. Немного погрустил и опять сел за источники своей информации, обучился и взял новое направление деятельности. Медленно и потихоньку, не обращая ни на кого внимания, выкарабкивался из провала. Не было реактивного состояния, был лишь какой-то период угрюмости - человек оказался стойким. Были у него и периоды тяжелых материальных недостатков, болезни - он все выдержал. И на его самооценку ничто не подействовало.

Но его хобби, его резерват - то, что он художник-любитель. Он делает миниатюры, сидит, работает над ними, запершись, и получает от своих миниатюр большое наслаждение. Этого он никому не открывает, разве что - жене, если очень сильно ее любит… И вот, по какому-то состоянию (может быть, заболеванию, не оставившему, в общем, серьезных последствий) он лишается возможности заниматься этой самой дорогой, скрытой от всех деятельностью. Вот это - удар, против которого он устоять не может. Это - чаще всего - суицид, либо уход в алкоголизм (причем в этом случае - с очень быстрым распадом).

С какой стороны эти люди больше всего уязвимы, хрупки в отношении возникновения психической патологии?

Из-за своей двойственности они - если это обусловлено ситуацией - стремятся к контакту и, в то же время, предчувствуя провал и понимая его возможность, - отталкиваются от контакта со страхом и обидой. Кроме того, это же люди, постоянно себя контролирующие, оценивающие не только свое поведение, но и свои мысли, оценки, переживания.

Если при этом жестком самоконтроле у человека появляется какая-то тенденция, какое-то чувство, мысль, которыми он недоволен, не хотел бы допустить их существование у себя, то он обретает как бы врага внутри себя. Когда такой процесс жесткого самоконтроля глубок и силен, можно себе позволить представить положение как бы в виде двух разных людей в одном и том же человеке. Если один из них чувствует что-то, а другой регистрирует это чувство, то само переживание немедленно бледнеет, иногда даже угасает (поскольку человека-то все-таки не два, а обе позиции внутри психики одного человека!»).

Попробуйте понаблюдать, подойдя к зеркалу, как вы выглядите в момент гнева, стыда… Это никогда не удастся. Именно потому, что сам акт осознания («Я гневаюсь… Мне в данный момент стыдно…») подавляет переживание. И в зеркале вы увидите… только внимание!

Поэтому люди, у которых такое разделение внутренних тенденций заходит глубоко, при неблагоприятных ситуациях развития и жизни постепенно становятся эмоционально обедненными, ареактивными, теряют эмоциональный резонанс - иногда до потери ориентировки в ситуации (особенно, если эти ситуации эмоционально значимы).

Надо еще понять, что этот второй, «контролирующий» человек далеко не всегда «ведет себя» спокойно и дает лишь оценки происходящему и переживаемому. Нередко он активно протестует, препятствует, презирает, заставляет стыдиться… Внутри психики шизоида начинается борьба тенденций, доходящая до очень высоких степеней напряжения. Кроме того, человек не только в единовременных ощущениях, но и в оценках, и в мотивации своей становится двойственным. Одна «половина» жаждет того, что противно другой, одна ненавидит то, что любит другая, один из этих «внутренних людей» (о которых много пишет, анализируя их, К.Г.Юнг!) думает то, что другому представляется глупостью, бессмыслицей. Эти две разные тенденции как бы оформляют в одном человеке двух разных людей (например, один из них - робкий чувствительный эстет, другой - рациональный предприниматель; один - романтик или мистик, другой - циник и насмешник…) Такие два «человека» не могут ужиться мирно; один все время жаждет отделаться от другого. Такие двойственные люди беспокойны, всегда напряжены и тревожны; в быту их называют «нервозными».

Разумеется, не всегда обе тенденции выражены одинаково сильно, но в меньшей своей выраженности этот случай достаточно част.

Эти две «половины» могут представлять «глубину» и «поверхность» психики. Либо смена этих «лиц» происходит согласно ситуации, обнаруживая то одну, то другую тенденцию человека (что также подробно анализирует Юнг). Или эти тенденции распределяются по разным сферам деятельности человека.

Так, например, человек может быть беспомощным и робким, подчиняемым - в семейной обстановке, но уверенным, успешно самолюбивым администратором в своей профессиональной деятельности. Так образуются всем знакомые «двуликие» люди, которых, например, их рабочая среда, их коллеги не узнают, случайно увидев в обстановке частной, интимной жизни.

Шизоиды высокого интеллектуального уровня, или обладающие какими-то творческими задатками - это обычно люди идеи (творческой, политической, общественной…).

Из таких шизоидов получаются опять-таки всем известные типы так называемых фанатиков. И тогда они обладают одной достаточно устойчивой характеристикой: это люди высоких установок - бесстрашные, бескорыстные, способные к самопожертвованию… Хотя встречаются и обратные случаи - упрямство, жестокость в своей государственной, профессиональной, общественной жизни, в сфере своей идеи. Но в частной жизни они все невнимательны, бесцеремонны и холодны.

Попробуйте проследить такие примеры на материале хорошо известных нам исторических личностей, вспомните многих из самых талантливых художников - живописцев. Их жены были несчастны всю жизнь, их родители наблюдали за их взлетами и славой почти всегда издали, никогда не будучи приглашаемы к участию в жизни людей. Самолюбие их ближайших друзей или любовниц (любовников) всегда терпело сокрушительные удары. В личной жизни они были невыносимы. Это, кстати, вынуждает не слишком опытных биографов прилагать усилия к тому, чтобы как-то объяснить или замазать эти проявления: кажется странным - как же человек, так необыкновенно тонко понимавший красоту и глубины жизни, человек из тех, на ком держится история человеческой культуры, мог так варварски обращаться со своими близкими! Не следовало бы этого ни объяснять, ни скрывать - это явление естественное, характерологическое, типологическое, и удивляться здесь, собственно, нечему.

Любопытно и просто в этом отношении проследить явление на примере двух деятелей одного и того же времени, действовавших в одной и той же ситуации: Марата и Робеспьера. Энергичный, предприимчивый, всегда успешный в быстро проводимых операциях, блестящий соратник и руководитель - Робеспьер - был жесток до уровня, который мы назвали бы фашистским, если бы можно было применить к тем временам не существовавший еще тогда термин. У Робеспьера был фашистский облик. Это был глубокий шизоид.

Рядом с ним Марат, прозванный «другом народа», по облику нисколько на него не походил. Действия его были эмоциональны, прежде всего - страстны, поэтому никогда не разумны, непредусмотрительны. Вел он себя демонстративно, театрально, производя эффект. По характерологическому типу он был вовсе не шизоидом, а достаточно выраженным истероидом.

Некоторым шизоидам с той или иной степенью выраженности такой двойственности психики грозят при увеличивающихся нагрузках и неблагоприятных обстоятельствах жизни - психические заболевания в форме реактивных депрессий (прежде и чаще всего - апатических и ангедонических), реактивных психозов, аффективных психозов, неврозов (прежде всего - невроза навязчивых состояний), комплексов неполноценности или завышенной самооценки, с частым облегченным формированием сверхценных идей.

В заключение перечислим несколько характерных для шизоидов, не основных, не обязательно выраженных, но постоянных признаков их психической деятельности. Это уже требует специального осмысления, глубоких раздумий. Это в многочисленных исследованиях и наблюдениях выяснено и проверено, так что это можно просто как бы взять на заметку.

Волевые проявления шизоидов почти никогда не бывают «средними», изменчивыми - либо они устойчивы, длительны, до полной «железности», либо - безволие, отсутствие активности и настойчивости, безинициатавность (дистанцирование).

В мышлении - объективная установка, не всегда выполнимая из-за неполноценной реалистической ориентировки.

В работе - чувство долга (не всегда правильно понимаемое) и неравномерная социальная направленность (фиксированная социальная установка или отсутствие интереса к социальной жизни - тоже крайности).

Часто - творческая одаренность, или, по крайней мере, ее элементы.

Внимание - с отличной концентрацией, но плохим распределением.

Короткие цепочки ассоциаций - весь ассоциативный процесс течет толчкообразно.

Ригидность суждений, убеждений, переживаний.

Работоспособность равномерная, чаще - высокая.

Индивидуальный психический темп - высокий.

Утомляемость - внезапная.

Объем восприятия - узкий.

Переключение - затрудненное.

Представления - часто персеверирующие (не сменяющиеся, либо сменяющиеся медленно).

Воспринимается гораздо лучше форма, чем цвет (это особенно следует учитывать в педагогике, при работе с детьми шизоидного склада в школе, в процессе обучения).

Отношение:

Из книги Разнообразие человеческих миров автора Волков Павел Валерьевич

Глава 7. Шизоидный (аутистический) характер

Из книги Боги в каждом мужчине [Архетипы, управляющие жизнью мужчин] автора Болен Джин Шинода

Одиночка -- шизоидный характер У Гадеса есть предрасположенность к одиночеству. Если обстоятельства и люди поощряют его склонность не доверять окружающим и считать себя неприспособленным к миру, где царит конкуренция, он склонен уходить в себя. Он не раскрывает свое

Из книги Бог – он Иной автора Мюллер Йорг

Шизоидный характер Люди необщительные, боящиеся эмоциональных связей, считаются шизоидными натурами. Это не преддверие шизофрении, а структура личности; это человек, желающий жить без обязанностей, и поэтому производит скорее впечатление характера холодного и

Из книги Любовь и воля автора Мэй Ролло Р

Из книги Психология и психоанализ характера автора Райгородский Даниил Яковлевич

Шизоидный тип Наиболее существенной чертой данного типа считается замкнутость, отгороженность от окружающего, неспособность или нежелание устанавливать контакты, снижение потребности в общении. Сочетание противоречивых черт в личности и поведении - холодности и

Из книги Практическая характерология с элементами прогнозирования и управления поведением (методика «семь радикалов») автора Пономаренко Виктор Викторович

Шизоидный характер Если бы индивид никогда явно не отрывался от реальности, правомерно ли описывать его структуру как шизоидную? Такой диагноз зависит от тенденций, а не от событий. Фенихел определяет шизоида несколько иначе: «Человека, не страдающего настоящим

Из книги Характеры и роли автора Левенталь Елена

Шизоидный радикал Сущность каждого радикала можно выразить одним или несколькими словами. Например, для определения основного качества истероидного радикала более всего подходит слово «демонстративный» или словосочетание «создающий иллюзорное благополучие».

Из книги Характерология автора Дукаревич Майя Захаровна

ГЛАВА З ШИЗОИДНЫЙ ХАРАКТЕР Ад - это другие. Ж. П. Сартр Вместо шапки на ходу Он надел сковороду… Вот какой рассеянный С улицы Бассейной. С. Маршак Огромен вклад представителей данного типа характера в развитие человеческой культуры. Многие великие научные открытия,

Из книги ШИЗОИДНЫЕ ЯВЛЕНИЯ, ОБЪЕКТНЫЕ ОТНОШЕНИЯ И САМОСТЬ автора Гантрип Гарри

ТЕСТ 6. ШИЗОИДНЫЙ ХАРАКТЕР Шизоид плохо читает послания, которые он получает из окружающего мира, нечетко детектирует импульсы, идущие из глубин его внутреннего мира. Он плохо осведомлен о своей внутренней жизни. Поэтому ему не подходят тесты, основанные на

Из книги Строение и законы ума автора Жикаренцев Владимир Васильевич Из книги автора

Шизоидный компромисс На первый взгляд, каждый пациент хочет быстро излечиться от невроза, чтобы жить свободным от его оков. Безотносительно к тому, какие «сопротивления», препятствующие излечению, воздвигает пациент, вольно или невольно, несомненно, что его «эго

Из книги автора

Шизоидный/расщеплённый тип Первый по порядку тип характера – это шизоидный (рис. 11), он закладывается в человеке раньше всех. «Шизоидный» – означает «расколотый/расщеплённый», а шизофрения (крайнее проявление расщепления ума и разделения его с жизнью, с окружающим

Из книги автора

Разбираемся с терминами: застенчивый, шизоидный, сверхчувствительный Не исключено, что способность быть самим собой всегда прививается. Патрисия Хэмпл «Застенчивый», «шизоидный» и «сверхчувствительный» – эти неопределенные термины нередко используются как

Из книги автора

Шизоиды: шизоидный психотип В основе шизоидного психотипа лежит принцип аутичности, слово «шизоидность» происходит от греческого «пхизис» – «расщепление». Шизоидность – это не эмоция, это мышление.Давайте определим, почему же мышление лежит в основе шизоидного

Люди, имеющие подобный тип личности, не редкость. Среди них встречаются и гении, являющиеся движущей силой развития цивилизации, и типы, полностью отгородившиеся от мира (форма шизофрении).

Мы оставим за рамками этой статьи психиатрических больных, а дадим информацию о людях здоровых. Также немного расскажем о пограничном состоянии между нормой и патологией, т. е. о расстройстве личности по шизоидному типу.

Что это

Основная психологическая характеристика такого человека – полная или частичная оторванность от реального мира, замыкание на самом себе и неразвитость эмоциональной сферы.

Переживания и чувства людей этого типа многогранны. Их чрезмерно много, они переполняют человека, но он не выпускает их наружу и не проявляет эмоций. Обычно люди с такой организацией психики убеждены, что полностью свободны от условностей и традиций общества.

Они стараются отгородиться от социума и высокомерно относятся к другим. Их привычная позиция «мне никто не указ», « я сам бог и хозяин жизни» и пр.

Люди этого типа плохие утешители и не чуткие слушатели. Им сложно сострадать другим или радоваться за кого-либо.

Часто к человеку с такой организацией личности применяют эпитеты чудак, странный, замкнутый.

Причины

Часто причиной формирования личности по шизоидному типу являются психические травмы (угроза опасности жизни или утрата чувства защищённости), полученные на разных этапах развития.

Во внутриутробном периоде

  1. Пример (А) . Мать ребёнка, его отец и другие родственники желают прервать беременность, т. е. хотят, чтобы этот ребёнок не появился на свет. Энергия злобы и неприятия исходит от них. А плод воспринимает эти потоки энергии, воздействующие на него негативно. Как следствие, появляются блокировки, прерывающие взаимосвязь органов.
  2. Пример (Б) . Мать не собирается лишать ребёнка жизни, однако постоянно находится в стрессовой ситуации (моральное и физическое насилие в семье). Это тоже угрожает жизни плода, а он, пытаясь её сохранить, затихает и затаивается. Говоря образно, раскалывает себя на кусочки. Всё вышесказанное, является предпосылками к негативным чувствам, которые родившийся карапуз начинает испытывать к окружающим.

Сразу после родов

Если новорождённого немедленно забирают от матери, то он это может воспринимать как угрозу жизни — остался один в незнакомом мире, брошен.

При неправильном воспитании в семье


Вывод: отчуждение родителей или попечителей от ребёнка, а также бесцеремонное навязывание своего мнения часто способствует тому, что личность начинает развиваться по «шизоидному» пути.

Ведь взрослые обязаны не только формально опекать своих сыновей или дочерей, но и общаться с ними, даря ласку и тепло, вселять в детей чувства уверенности и безопасности, пытаться понять их.

Ребёнок, который не имеет добродетелей и друзей в лице родителей, начинает искать такого покровителя и заступника внутри себя. Так он оберегает индивидуальность, чтобы её не поглотили и не раздавили.

Этапы становления

ДОШКОЛЬНЫЕ ГОДЫ

Первые черты шизоидного характера можно заметить у ребёнка уже в дошкольном возрасте (в 3 или 4 года).


ШКОЛЬНЫЕ ГОДЫ

В школьные годы такой ребёнок особо не меняется. Он не старается установить контакт с одноклассниками и найти себе друзей. Самооценка ребёнка высокая и мнение окружающих его волнует мало.

Чаще всего ему нравится чисто интеллектуальное общение, обмен информацией, без всяких эмоций. Нередко у таких учеников открываются неординарные способности к математике или литературному сочинительству.

Иногда, кажется, что ребёнок знает очень много. Только одно ему не под силу – язык человеческих взаимоотношений.

Сам ребёнок, конечно, замечает, что ему трудно устанавливать контакты с другими детьми. Поэтому он не стремится на прогулки.

Ребёнок с такой организацией личности совершенно неэмоционален и не проявляет бурной радости, печали или гнева. Общаясь с ним, сложно понять, как он воспринимает ваше воздействие на него. Родители часто переживают детскую холодность (если сами не относятся к шизоидному типу).

Такие ребятишки не любят целовать и обнимать своих родителей и не переносят подобных ласк по отношению к себе (им это неприятно).

Нестандартные черты характера шизоидных личностей и их неспособность к общению со сверстниками часто провоцируют конфликты с одноклассниками. Обычно для этих чудаков уготовано положение изгоев.

Такие дети не умеют отстаивать себя и манипулировать окружающими. Роль руководителя для него будет чужда и мало понятна в будущем.

ПОДРОСТКОВЫЕ ГОДЫ

Это самый тяжёлый период для замкнутых детей. Интеллектуальное превосходство над одноклассниками – хорошо. Постоянное отторжение сверстниками и неумение установить с ними отношения – плохо.

Самооценка подростка начинает постоянно меняется. Она может подняться до мании величия или стремительно упасть вниз, когда ребёнок ощущает себя никчемным и занимается самобичеванием.

Попытки родителей вторгаться в его внутренний мир порой встречают бурный протест.

Шизоидного подростка будет раздражать многое:

Очень часто одиночество не тяготит подростков с подобным типом личности, но их замкнутость и постоянная обособленность от сверстников привлекает внимание.
Занятия спортом не чужды таким детям. Но, они предпочтут не командные, а одиночные виды спорта.

Что делать и как относиться к замкнутому ребенку


Шизоидный тип личности

Особенности

Взрослые индивидуумы уже имеют сложившийся характер. Он полон противоречий. А понять их внутренний мир почти невозможно. Что беспокоит такого человека, какие чувства его захлёстывают, что сильно ранит?

Трудно сказать, т. к. внешне он выглядит душевно безразличным и холодным. Понять и представить, как шизоидный тип воспринимает мир крайне тяжело.

Незначительная мелочь, на которую большинство людей не обратит внимания, для него очень значима. И, напротив, очень важные факты для него не будут иметь никакого значения.

Поведение

Человек относится к себе неоднозначно. Он осознаёт свой высокий интеллектуальный потенциал. Это вселяет в него чувства гордости и превосходства, а порой и презрения к окружающим.

Однако абсолютное непонимание социальных отношений, в которых задействованы другие люди, сильно снижает самооценку шизоидов.

Для их поведения характерны следующие особенности:

Искусство общения для людей с шизоидным характером – китайская грамота, которую им не дано освоить.

Антипатия к общению проявляется ими разнообразно: от робости и застенчивости до грубой иронии и жестокости (лишь бы быстрей оставили в покое). В человеке уживаются взаимоисключающие черты: упрямство с податливостью, холод и равнодушие с ранимостью.

Для них характерна любовь с первого взгляда. Однако в семейной жизни им свойственна бытовая неприспособленность и равнодушие к маленьким детям, супружеские измены. Они являются нелёгкими партнёрами.

Идеальный партнёр для шизоида тот, который будет постоянно убирать за ним, освободит от бытовых забот: оплаты счетов, планирования бюджета, воспитания детей.

Внешность

Люди шизоидного типа воспринимаются окружающими как чудаки и чудачки.

Их поведение, походка, мимика, манеры, чувства – все выглядит причудливым:


Отрицательные черты

  1. Чрезмерная замкнутость.
  2. Неспособность к сочувствию и заботе о других (эгоизм).
  3. Выставляемое напоказ высокомерие.
  4. Идеализация своих идей и желаний.
  5. Неспособность к компромиссу.
  6. Жажда личной свободы, но отказ в ней своим близким.
  7. Завышенная подозрительность.
  8. Склонность к наркомании и алкоголизму.

Положительные черты

  1. Любознательность, начитанность, высокий интеллектуальный потенциал.
  2. Богатый внутренний мир, в котором много идей и фантазий.
  3. Упорство при решении сложных задач.
  4. Постоянные предпочтения.
  5. Соблюдение границ чужого личного пространства.
  6. Приверженность к выдвинутой идее и настойчивость в реализации задуманного проекта.

Страхи

Признаки расстройства

Психоаналитики рассматривают такое расстройство как пограничное состояние между шизоидным типом личности и шизофренией. Это расстройство не относят к психотическому уровню (индивидуум разграничивает воображаемый мир и реальный).

Считается, что при шизоидном расстройстве человеку свойственно уходить в мир фантазий и защищать себя, таким образом, от внешнего мира. Причём характерные особенности личности при этом остаются сохранными.

Общие критерии расстройства личности:


Человека с абсолютно «чистым» типом характера сложно встретить. Как правило, чаще встречаются смешанные типы. Например, шизоидно-истероидный тип личности.

В этом случае к выраженным чертам добавятся некоторые особенности, характерные для истероидов:

Если человеку присущ параноидально-шизоидный тип личности, то добавятся особенности, свойственные параноидальным типам:

Профессии

Шизоиды могут заниматься различными видами деятельности, которые не предполагают интенсивного общения. Они встречаются среди врачей, учёных, поэтов, философов, а также чудаков-коллекционеров и бродяг, которые не считаются с жизненными ценностями.

Примеры из истории

Люди с таким характером часто достигают в профессиональной деятельности небывалых успехов благодаря своему интеллекту и концентрации внимания на задачах, которые они перед собой ставят. Исторических подтверждений тому немало.

Художники Ван Гог и Сальвадор Дали. Философы Кант и Гегель. Учёные А. Эйнштейн, Менделеев, Ньютон. Композиторы Бах и Бетховен. Поэт Б. Пастернак. Психоаналитик З. Фрейд.

Лечение

Люди, имеющие шизоидное расстройство, за медицинской помощью обращаются редко. А те, которые всё же решились прийти к врачу, испытывают страх перед беседой. Ведь не очень хочется открывать постороннему свой внутренний мир.

Однако опасаться нечего. Квалифицированный специалист никогда не будет давить на вас. Он отчётливо осознаёт, что без спроса нельзя вторгаться в личное пространство и индивидуальные мысли человека. Общаясь с опытным врачом, люди добиваются ощутимого улучшения состояния.

Лекарства . Специальных препаратов для лечения подобных расстройств не существует. Однако врач может порекомендовать лекарственные средства, которые снимут симптомы тревожности и депрессии, сопутствующие расстройству.

Психотерапия . Применяют когнитивную поведенческую терапию. Именно она помогает пациенту поменять своё поведение и убеждения, которые вызвали проблему. Прибегая к такой терапии, человека учат адекватным способам реагирования на различные ситуации, помогают справиться с тревожностью, которая появляется при необходимости общения с людьми.

Групповая терапия . Лечение проходит наиболее эффективно в психотерапевтических группах. Групповые сеансы поддерживают пациента и повышают социальную мотивацию.

Тем, кто осознаёт, что его характер близок к шизоидному типу, психотерапевты рекомендуют:

Видео: Шизоидный тип

Шизоидная личность | Психиатрия - mp.pl

Что такое шизоидная личность

«Шизоидный» человек часто кажется эмоционально холодным, поглощенным своими мыслями и делами. Во время встречи он не будет казаться человеком теплым и легким на контакт. Наоборот, она чаще всего воспринимается как не очень сочувствующая и не очень эмоциональная, как эмоционально дистанцированная. Он, конечно, не разражается заразительным смехом и не является душой вечеринки. Ее высказывания могут удивить оригинальностью или неординарностью, а ее взгляды порой отличаются от взглядов большинства людей.Суждения и взгляды других для нее не обязательны - такой человек думает по-своему. Смысл ее утверждений может быть очень общим, теоретическим. Скорее, это не будет заявление об эмоциях или отношениях с другими людьми. Мы не узнаем от нее, что у нее много друзей, но она нам расскажет, что поддерживает определенные контакты с одинокими людьми. Иногда мы можем узнать, что у него есть «близкие друзья», с которыми он общается лишь несколько раз в год. Ее одежда обычно будет правильной, иногда она может быть эксцентричной, но она не будет следовать последним тенденциям моды.

Признание

Психиатры основывают свой диагноз этого типа личности на следующих критериях:

Человек с шизоидными чертами личности производит впечатление эмоционально замкнутого и поглощенного, если смотреть "со стороны". Однако, если мы заглянем за эту завесу, мы обнаружим другое дно этого типа построения личности. Согласно психодинамической теории, основная проблема «шизоидных» людей связана с близостью и отдаленностью, любовью и страхом. У этих людей серьезные проблемы в отношениях с другими людьми и окружающим миром. Проблема в том, что, с одной стороны, они хотят и нуждаются в близости, а с другой стороны, испытывают страх быть слишком близкими, схваченными и «поглощенными» другим человеком.Это не простое отношение к изменению. Такой человек желает эмоциональной близости и установления отношений с кем-то другим, но когда эта близость становится доступной, он боится быть эмоционально поглощенным, подчиненным и отданным во власть другого человека. Так выглядит внутренняя дилемма шизоидной личности, «того, кто не может оставаться ни в отношениях с другим человеком, ни вне их, не рискуя различными способами потерять как свой объект, так и самого себя» 1 . Эти люди, с одной стороны, хотят близости, а с другой — боятся ее, что приводит к борьбе за собственную независимость, обособленность и защищенность.В то же время это может привести к отчуждению и одиночеству. Внешний мир и отношения с окружающими кажутся такому человеку полными угроз его безопасности и индивидуальности. Согласно проф. Маквильямс: «Шизоидный индивидуум — прежде всего аутсайдер, наблюдатель человеческой природы» 1 . В этом может быть смысл.

Эти люди часто прибегают к внутреннему миру воображения, а также к интеллектуализации. Это значит, что «для себя» они часто поглощены фантазиями и живут в мире воображения.Однако многие проблемы возникают из-за их анализа с теоретической и интеллектуальной стороны, а не с эмоциональной или ориентированной на отношения. Однако дело не в том, что эти люди холодны или бесчувственны. Даже если они очень заботятся о других, им нужно защитное личное пространство. Это часто приводит к замкнутости, поиску удовлетворения в мире фантазий и неприятию внешнего мира. Согласно проф. Маквильямс: «В состоянии стресса шизоидные люди могут убегать от своих чувств и внешней стимуляции, кажутся тупыми, бесчувственными и неадекватно реагирующими, даже если они выше среднего чувствительны к аффективным сообщениям от других людей» 1 .С другой стороны, в отношениях с другим человеком может возникнуть следующая ситуация: партнер шизоидной личности пытается сблизиться с ним эмоционально, а шизоидная личность, опасаясь вмешательства и «поглощения» - отдаляется.

Эти люди чаще всего неконфликтны, склочны и агрессивны. Скорее, они стараются избегать конфликтов. Их часто считают нежными и спокойными. Чаще всего они также не испытывают ни стыда, ни вины, потому что принимают себя и мир такими, какие они есть, не склонны к умышленному искажению фактов и маскировке реальности.

Часто они очень творческие люди. Если они лучше функционируют в обществе, то используют свои способности в научной работе - совершают научные открытия, создают новые теории и идеи. Другие живут в своем внутреннем мире образов и мифов, и их творчество социально непродуктивно. Шизоидные люди различаются по выраженности описанных признаков и, следовательно, степени функционирования в повседневной жизни.

Причины

Причины шизоидного расстройства личности точно не установлены.Ученые считают, что они являются как биологическими (наследственными), так и связанными с воспитанием. Однако не совсем ясно, как именно выглядят эти две группы причин и как они соотносятся друг с другом. Некоторые психотерапевты описывают родителей шизоидных людей (или одного из них) как чрезмерно вовлеченных, властных и вмешивающихся. Другие, напротив, считают, что их детство было «холодным» и лишенным эмоциональной теплоты.

Распространенность этого расстройства среди взрослого населения точно не известна, поскольку его трудно оценить.Оценки распространенности шизоидной личности колеблются от 0,5 до 7%. Мы сталкиваемся с этим типом личности чаще у мужчин, чем у женщин, и у тех, кто имеет семейный анамнез шизофрении.

Что такое лечение?

Лечение шизоидной личности — это прежде всего психотерапия. Шизоидные люди могут приходить на терапию, желая улучшить свои контакты с другими людьми, ставя перед собой определенные цели и желая развить определенные социальные навыки.

Однако показания к типу психотерапии различаются у разных специалистов. Чаще всего рекомендуется индивидуальная психотерапия, а затем групповая психотерапия. Одни авторы считают, что это должна быть краткосрочная психотерапия, ориентированная на выделенную проблему, другие - долгосрочная, ориентированная на способность находиться в отношениях с другим человеком. Могут быть показаны как когнитивно-поведенческая, так и психодинамическая психотерапия (см.: Методы психотерапии).

Фармакологическое лечение (например, введение психотропных препаратов) имеет дополнительное значение и рекомендуется периодически при наличии таких состояний, как депрессия и тревога.Таким образом, в определенное время могут использоваться антидепрессанты, транквилизаторы или нейролептики.

Каталожные номера:
1. Мак-Вильямс Н.: Психоаналитический диагноз. Gdańskie Wydawnictwo Psychologiczne, Гданьск 2009: 203–218.

.

Расстройства личности: шизоидные - Психолог Вамка и Вамка

Как и шизотипическую личность, шизоидную личность можно сравнить с шизофреническими расстройствами. Однако если при шизотипических расстройствах личности они напоминают продуктивные симптомы шизофрении (галлюцинации, бред) - без потери связи с реальностью, то при шизоидных расстройствах сходство касается скорее негативных симптомов шизофрении (эмоциональное оскудение, трудности в отношениях, опустошенность). Еще говорят, что шизоидные расстройства личности напоминают аутизм — тем, что поглощают человека своим миром.

У человека с шизоидными чертами отмечается эмоциональная холодность и вытекающие из этого трудности в установлении отношений даже с самыми близкими членами семьи. Может даже показаться, что человеку с таким типом личности они неинтересны, что он не получает от них никакого удовольствия. Ей трудно развивать более близкие отношения, и она часто избегает сексуальных контактов. Она замкнута и застенчива. Она предпочитает уединенный образ жизни, выбирая вместо отношений самоанализ, фантазирование и самоанализ.Они воспринимают реальность интеллектуально, мало говорят, если вообще говорят, о своих эмоциях.

Так же равнодушен к критике и похвале со стороны других людей. Ее эмоциональность ограничена, обеднена. Он не проявляет крайних эмоций, ни положительных, ни отрицательных. Кажется, мало что может ее порадовать. Он испытывает постоянную ангедонию. Выбирает индивидуальные способы проведения свободного времени, а также модель профессиональной деятельности – по возможности без чрезмерного контакта с людьми.Также у него могут быть трудности с принятием социальных норм — потому что у него непопулярные в его культуре/окружении взгляды. Отсюда и проблемы в построении отношений и в профессиональной жизни, хотя они и не конфликтны.

Часто то, что он представляет снаружи, не соответствует тому, что он чувствует внутри. Возможно, ей нужно общаться с другими, но страх заставляет ее казаться незаинтересованной. Она часто очень чувствительна, но внешне проявляет к окружающим эмоциональную холодность, сдержанность и даже высокомерное отношение.При благоприятных условиях он может посвятить себя научной карьере, но пренебрегая личной и общественной жизнью.

Если вы столкнулись с проблемой шизоидного расстройства личности, стоит обратиться к хорошему поведенчески-когнитивному психотерапевту. Например, в Кабинете Вамка и Вамек в Щецине консультации можно проводить онлайн через программу Skype или традиционно в офисе, договорившись о встрече по электронной почте, по телефону или лично.

.90 000 Расстройства личности - что это такое, как их распознать и лечить?

Что такое личность?

Личность определяется как все психические и физические склонности и черты человека, сформированные наследственностью и окружающей средой. Черты личности: интеллект, чувства, воля, психомоторный драйв. Личность связана с чувством идентичности, чувством бытия собой, независимостью от меняющихся обстоятельств. К наиболее важным источникам развития личности относятся: опыт раннего детства, который моделирует поведение взрослых, тип нервной системы, стиль воспитания в семье, другие образовательные среды, например.школа, культурные факторы, решения подросткового возраста.

Что такое расстройства личности?

Специфические расстройства личности касаются того, как человек функционирует. Обычно они охватывают несколько аспектов личности и расстройств как в индивидуальной, так и в социальной сферах. Появляются в позднем детстве или подростковом возрасте и сохраняются во взрослой жизни.

Для расстройств личности характерно, что:

Особенности расстройств личности охватывают весь спектр «кто есть кто», а именно: эмоциональность, возбудимость, импульсивность, способы восприятия действительности, образ мышления, стиль отношений с другими людьми.

Причины возникновения расстройства личности

Возникновение расстройства личности является следствием воздействия неблагоприятных биологических, генетических и психосоциальных факторов (часто пренебрежение и неприятие со стороны лиц, осуществляющих уход) . До недавнего времени внимание исследователей было сосредоточено на семейных аспектах (т.неблагоприятное течение различных стадий развития, неудовлетворение потребности в безопасности, повышенный уровень напряженности и конфликтов в семье). В настоящее время все больший интерес вызывают генетические факторы. Первые симптомы расстройств личности обычно проявляются в позднем детстве или подростковом возрасте, хотя чаще всего они диагностируются во взрослом возрасте. Вытекает из предположения, что в рамках формирования психики подростка может развиваться способность конструктивно справляться с возникающими трудностями, а воспринимаемые в подростковом возрасте аномалии могут не развиваться в виде расстройств личности.

Как ставится диагноз?

Чаще всего на основе на основе подробного психиатрического опроса, полученного от пациента и, по возможности, от родственников. Это можно дополнить проведением психологических тестов. Следует также исключить наличие других психических расстройств или поражений, включая поражение головного мозга, которые могут быть причиной неблагоприятного поведения.

Когда следует заподозрить расстройство личности у близкого человека?

Стоит проверить наличие следующих критериев:

Какие существуют типы расстройств личности?

Различают три группы расстройств личности, которые сгруппированы ниже по общим признакам:

Группа А - эксцентричность, странность и отсутствие отношений

Параноидальная личность - человек подозревает других в жестоком обращении, причинении ему вреда, несмотря на то, что нет никаких доказательств этого. Он постоянно размышляет о лояльности друзей или коллег.Она воспринимает различное поведение как скрытые оскорбления, затаила обиду и ее трудно простить. Он легко злится и нападает в ответ на то, что он воспринимает как нападение на его доброе имя, хотя другие этого не делают. Имеет периодические подозрения в неверности партнера без достаточных доказательств. Он редко обращается за помощью из-за своего недоверия. Пациенты с этим расстройством личности чрезмерно подозрительны и считают, что другие люди пытаются им навредить. По этой причине они скрытны и неохотно рассказывают о себе окружающим.Они могут заметить оскорбление в поведении и словах, которые вовсе не предназначались для передачи сообщения. Кроме того, люди с параноидальным расстройством личности склонны не прощать. Жить с параноиком бывает сложно, ведь часто подозрения в неверности (как правило, необоснованные) направлены в сторону партнера.

Шизоидная личность - люди с данным типом личности индивидуалисты, проявляют асоциальные черты и поведение.Они не вступают в близкие эмоциональные (или любые другие) отношения с другими людьми. Предпочитают работать и проводить время в одиночестве, иногда полностью посвящают себя какому-нибудь хобби или работе, воспринимаемой как миссия. Их мало интересует эротическая жизнь и социальные контакты. У них нет ни друзей, ни знакомых. Они поддерживают связь только с родственниками первой степени родства. Они могут быть грубыми и грубыми, когда кто-то — по их мнению — нарушает их одиночество и покой. Для них характерны странные верования, магическое мышление, отклоняющееся от культурных норм (телепатия, шестое чувство, видение ауры), необычные ощущения и необычная речь и мышление (метафорическое, стереотипное, странное), мнительность и параноидальное мышление, неадекватные или ограниченные эмоции.Также часто сопровождается чрезмерной социальной тревожностью, которая не исчезает после укрепления отношений и связана с параноидальной тревогой (а не с негативной самооценкой).

Группа Б - бурные отношения, сильные эмоции, отсутствие стрессоустойчивости

Антисоциальная личность - человек с данным расстройством личности не может адаптироваться к социальным нормам. Главное, он не испытывает угрызений совести или в очень небольшой степени. Обычно он обманывает и лжет другим для достижения своих целей.Она импульсивна - не может контролировать свои эмоции, легко раздражается и может быть агрессивной. Его совершенно не волнует ни риск, ни собственная безопасность. Она безответственна, не может удержаться на постоянной работе и не платит по долгам. Кроме того, он часто злоупотребляет различными психоактивными веществами (алкоголем или наркотиками). Важной чертой является также потеря умеренности и неосмысленность собственного поведения, не соответствующего сложившимся социальным нормам.

Истерическая личность - человек с этим расстройством постоянно хочет быть в центре внимания, эмоционально или сексуально провоцируя его на привлечение внимания.Он говорит и ведет себя драматично. Он высказывает твердые мнения, но не в состоянии их обосновать. Легко поддается чужому влиянию. Ее эмоции быстро меняются. Она очень озабочена своим внешним видом. Она думает, что ее отношения ближе, чем они есть на самом деле. Постоянная потребность быть в центре внимания связана с неадекватным поведением, например, с очень соблазнительным или сексуальным подтекстом. Обычно обращают на себя внимание чрезмерно театральное поведение и чрезмерно интимные интерпретации межличностных контактов.

Пограничное расстройство личности 90 069 в настоящее время становится все более часто диагностируемым расстройством личности. Между любовью и ненавистью очень тонкая грань. За короткое время настроение человека может колебаться от эйфории до полного отчаяния, а чувства к данному человеку или группе людей могут резко меняться. В одно мгновение человек может признаться кому-то в любви, а в следующее мгновение наброситься на него с гневом и оправданиями. Пациенты с этим типом расстройства личности склонны к импульсивному и рискованному поведению, такому как азартные игры, злоупотребление психоактивными веществами и чрезмерная рискованная сексуальная активность.Одним из основных симптомов является сильный страх быть покинутым. Обычно в анамнезе у пограничных больных наблюдаются бурные отношения с другими людьми, а во время терапии — неустойчивая самооценка. Эмоции очень интенсивны и изменчивы, а настроение таких больных обычно раздражительно (дисфорично). Стойкое ощущение пустоты – главная тема первых встреч во время терапии. Больной испытывает сильную злость на объективно незначительные трудности. Он проявляет импульсивное и саморазрушительное поведение.У него может проявляться самоповреждающее и суицидальное поведение, а также временные параноидальные симптомы, а в состоянии стресса он теряет контакт с реальностью. Тяжелее живут не только сами пациенты с пограничным расстройством личности - проблемы, связанные с этим расстройством, испытывают и их ближайшее окружение. В случае с этой категорией наиболее ярким выражением будет термин «от любви к ненависти». Типичный для этого типа расстройства личности переход от одного эмоционального состояния к другому (признания в любви, перемежающиеся приступами ненависти) тяжело переносится людьми в отношениях с больным, имеющими здоровую структуру личности.Так, нередко в кабинетах психотерапевтов появляются родственники пациентов, травмированные отношениями «на грани».

Нарциссическая личность - человек с этим расстройством рассматривается в глазах окружающих "как в зеркале". Он придает решающее значение успеху, власти, идеальной любви и славе как детерминантам ценностей. Преувеличивает свои успехи и таланты, ждет постоянной похвалы и восхищения. Она считает, что заслуживает особого отношения. Она не умеет читать чужие эмоции, ей не хватает эмпатии.Использует отношения в своих целях. Она ревнует и считает, что они завидуют ей. Он ставит перед собой нереальные цели. Ее легко обидеть, потому что у нее хрупкая самооценка и непреодолимое чувство пустоты. Часто злоупотребляет психоактивными веществами (алкоголем, наркотиками), может страдать депрессией, иметь суицидальные мысли и поведение, трудности в семейных отношениях и проблемы в профессиональных отношениях. Также в случае этого расстройства личности травмируются родственники.Подчинение, невнимание к потребностям и чувствам близких, постоянное ожидание «быть готовым» и откликнуться на потребности больного являются причиной постепенного разрушения личностных структур и травматизации у близких. В кабинетах психотерапевтов мы консультируем людей, которые ищут возвращение к своим «прежним силам» после деструктивных отношений с людьми с данным типом расстройства личности.

Группа С - страх, застенчивость, избегание отношений и стрессовых ситуаций

Избегающая личность (пугливая) - люди с данным типом личности избегают социальных и социальных контактов из-за боязни критики и отторжения.В основе такого поведения лежит их низкая самооценка и боязнь негативной оценки окружающих. Люди с этим расстройством предпочитают не вступать ни в какие отношения, чем подвергать себя разочарованию. Человек предпочитает работать в одиночку, так как боится критики, неодобрения, отказа. Она не вступает в отношения, пока не будет уверена, что нравится. Она замкнута в интимных отношениях, потому что боится быть смущенной или осмеянной. Она поглощена мыслями о том, что ее будут критиковать в социальных ситуациях.Она замкнута в новых отношениях, потому что чувствует себя неадекватной. Он видит себя неприспособленным, непривлекательным, хуже других. Она не готова рисковать или пробовать что-то новое, потому что боится неудачи.

Зависимое расстройство личности — это расстройство личности, при котором человек во взрослом возрасте без видимых причин (например, слабое здоровье) чрезмерно зависим. Пациенты испытывают трудности с выражением собственного мнения и принятием собственных решений.Они требуют постоянной поддержки, помощи и заботы, принятия решений за них. Они убеждены, что без помощи других людей у ​​них ничего не получится. Они пассивны и научились беспомощности. Человеку нужно много заверений от других людей, чтобы принимать небольшие решения в повседневной жизни. Ей нужны другие, чтобы взять на себя ответственность за большинство областей ее жизни. Он не напорист (из страха потерять поддержку и признание). Она не может инициировать проекты сама, потому что ей не хватает уверенности в себе, а не мотивации или энергии.Я чувствую себя беспомощным, когда она одна. Он боится, что не справится без поддержки другого человека. Когда ее отношения заканчиваются, она сразу же ищет другого. Ее тревожит страх одиночества и того, что она не сможет справиться. Больные ожидают от окружающих постоянной поддержки и заботы, причем потребности эти настолько велики, что для их удовлетворения больные готовы терпеть даже повышенный дискомфорт.

Ананкастическая личность - заключается в чрезмерном следовании строгим правилам, отсутствии гибкости и спонтанности.Людям с этим расстройством свойственны чрезмерный перфекционизм и потребность в контроле. Это связано со страхом перемен, который иногда настолько силен, что человек с этим расстройством личности отказывается от общения. Больной озабочен списками, правилами. Демонстрирует перфекционизм, который делает невозможным выполнение задач. Обычно человек с этим расстройством предан работе, но при этом исключает из повседневной жизни все удовольствия и досуг. Она чрезмерно добросовестна и патологически щепетильна.Его моральные нормы строги и не подлежат обсуждению. Он не способен выбросить старые вещи, даже если они не имеют сентиментальной ценности. Он не может отдать свою работу на аутсорсинг, если кто-то точно не следует его указаниям. Он не тратит деньги на себя и других, потому что приходится откладывать на «черный день». Характерными чертами являются упрямство и жесткость поведения и норм.

Можно ли вылечить расстройство личности?

Прогноз при расстройствах личности различается в зависимости от типа.Положительные результаты лечения зависят, в том числе, от от долговечности данных признаков, но прежде всего от мотивации больного.

Следует ли лечить расстройства личности?

Определенно да. Чем раньше начато лечение, тем лучше прогноз. С этими нарушениями проблемы обычно начинаются в подростковом возрасте. Часто личностные трудности сопровождаются другими расстройствами: депрессией, тревожными расстройствами, зависимостями и расстройствами пищевого поведения. Именно по этой причине пациенты обычно обращаются за помощью к специалисту.Отсутствие соответствующего лечения обычно приводит к разрыву социальных связей и отчуждению, ухудшению профессионального функционирования и других сфер жизни, повышает риск суицида.

Что такое лечение?

Основным методом лечения расстройств личности является длительная психодинамическая психотерапия. В настоящее время появляется все больше достоверных результатов исследований, подтверждающих эффективность этой процедуры. Есть также больше сообщений о полезности других психотерапевтических подходов, например различных модификаций когнитивно-поведенческой терапии. В случае различных психотерапевтических подходов неизменно подчеркивается важность установления терапевтических отношений, основанных на приверженности и доверии. У больных с расстройствами личности иногда применяют фармакотерапию, которая хотя и эффективна только при единичных симптомах, но часто помогает контролировать эпизоды ухудшения и облегчает психотерапию.

Почему везде пишут, что психотерапия является основным методом лечения расстройств личности?

Психотерапия – единственный метод лечения, который вскрывает причины функциональных расстройств, а не только уменьшает симптомы расстройств личности. Стоит, чтобы психотерапия человека с расстройством личности включала также парную терапию и семейную терапию. Эффективность этих методов лечения зависит от патогенеза, клинической картины, глубины нарушений, степени стойкости и выраженности нарушенных признаков, а также течения заболевания и динамики изменений.

А может хватит лекарств?

Фармакотерапия применяется у больных с расстройствами личности, однако здесь следует четко подчеркнуть один факт: отсутствуют препараты для лечения обсуждаемой группы расстройств и дающие стойкую ремиссию нарушений функционирования. Лекарства играют только вспомогательную роль и назначаются после тщательной оценки состояния пациента, например, если у человека есть сопутствующая депрессия или тревожные расстройства, может быть полезно посоветовать пациенту принимать антидепрессанты или успокаивающие препараты. Возможное применение препаратов также зависит от типа расстройства личности у больного - например, при пограничном расстройстве личности у некоторых больных благотворное влияние достигается благодаря применению препаратов, нормализующих настроение.

.

расстройств личности | Материалы | Центр хорошей терапии

Расстройства личности заключаются в наличии неблагоприятных и устоявшихся характерологических черт, моделей поведения, функционирования и взаимоотношений с окружающими. Эти особенности являются источником страданий и трудностей в социальном, семейном и профессиональном функционировании.

Часто они приводят к неблагоприятным последствиям для жизни человека, а иногда и для его окружения. Их перманентный характер препятствует развитию в указанных диапазонах, однако эти личностные паттерны подвержены изменению, например, под влиянием адекватной психотерапии.

Большинство из нас обладают большей или меньшей способностью адаптировать свое мышление, эмоции и поведение к различным ситуациям, обстоятельствам и людям, которых мы встречаем. С другой стороны, для людей с расстройствами личности характерна сниженная пластичность функционирования в этих сферах. Их способы восприятия, мышления и чувствования, и, в частности, отношения к другим, либо экстремальны, либо значительно отличаются от средних моделей, наблюдаемых в данной культуре. Такой человек в разных обстоятельствах ведет себя одинаково или похоже, что не соответствует обстоятельствам и является источником второстепенных проблем.Трудности особенно проявляются в межличностных контактах.

Этот личностный паттерн проявляется в подростковом возрасте и имеет тенденцию сохраняться на протяжении всей жизни.

Причины расстройств личности

Расстройства личности, вероятно, являются результатом неблагоприятных семейных, биологических, генетических и психосоциальных воздействий. Первые симптомы расстройств личности обычно проявляются в позднем детстве или в подростковом возрасте.

Классификация расстройств личности

Согласно международной классификации психических расстройств (МКБ-10) выделяют следующие виды специфических расстройств личности:

  • параноидальная личность,
  • шизоидная личность,
  • диссоциальная личность,
  • эмоционально нестабильная личность (включая импульсивный тип и тип пограничный ),
  • театральная личность,
  • ананкастическая личность,
  • боязливая (избегающая) личность,
  • зависимая личность.

В свою очередь классификация DSM IV различает:

  • Расстройства личности типа А: параноидальные, шизоидные, шизотипические,
  • B расстройства личности: антисоциальные, пограничные ( пограничные ), истерические, нарциссические,
  • Расстройства личности типа С: избегающее, зависимое, обсессивно-компульсивное.

Диагностика расстройств личности

Диагноз расстройства личности требует тщательного психиатрического опроса (самого больного и желательно его родственников), который должен быть дополнен соответствующими психологическими тестами.Также необходимо исключить другие психические расстройства (хотя возможна коморбидность) и органические изменения головного мозга.

Лечение расстройств личности

Основным методом лечения людей с расстройствами личности является длительная психодинамическая психотерапия. Имеются многочисленные результаты надежных исследований, подтверждающих эффективность и полезность такой процедуры. При правильной квалификации и продолжительности терапии (длительный характер) удается добиться реальных изменений в функционировании больного.Также растет объем данных, подтверждающих эффективность других методов психотерапии (например, модификаций когнитивно-поведенческой терапии). Основным терапевтическим фактором, независимо от используемого подхода, является установление терапевтических отношений, основанных на взаимном доверии, безопасности и приверженности.

Фармакотерапия имеет дополнительное значение, и препараты рекомендуются в основном по симптоматическим показаниям, например, для контроля тяжелой депрессии, тревоги или кратковременных психотических симптомов.

Развитие в области терапии расстройств личности, наблюдаемое в последние годы, является надеждой для многих пациентов, которые, таким образом, могут избежать постепенного разрушения своей жизни и получить шанс лучше функционировать во многих областях.

Подготовил: лек. Павел Брудкевич, MD 90 030 9000 3 .90 000 Вне нормы, Сильвия Ключиньска 90 001

Синяя линия, № 3/2005

Расстройства личности — это фиксированные, ригидные модели восприятия и реагирования на окружающую среду, которые существенно отличаются от ожиданий общества, в котором живет данный индивид. Эти особенности можно увидеть в подростковом возрасте и, как правило, сохраняются на протяжении всей взрослой жизни. Они относительно долговечны и практически не поддаются модификации.

У людей с расстройствами личности много общего.Прежде всего, они не могут установить удовлетворительные отношения с другими людьми, часто вступают с ними в конфликты. Для них характерно отсутствие эмпатии. Они не могут учиться на своих ошибках. Несмотря на высокий уровень интеллекта, они обладают ограниченными способностями к обучению. Они винят в своих неудачах других людей или несчастье.

Расстройства личности встречаются довольно часто. Сложно точно оценить масштаб этой проблемы, поскольку многие люди с расстройствами личности не пользуются помощью специалистов.Зачастую эти расстройства распознаются только экспертами-судебными психиатрами, в ситуации конфликта с законом. Другие случаи диагностируются в психиатрических больницах, после суицидальных попыток или во время лечения зависимости. Недавнее всестороннее эпидемиологическое исследование показывает, что примерно 10-13% людей соответствуют диагностическим критериям расстройства личности.

Диагностика

В Статистическом и диагностическом руководстве по психическим расстройствам Американской психиатрической ассоциации (DSM-IV) расстройства личности кодируются по оси II.Различия между ними и типичными психическими расстройствами настолько значительны, что их рекомендуется классифицировать отдельно. Расстройства оси I (например, депрессия, шизофрения) обычно имеют четкие симптомы и не вызывают диагностических трудностей.

Диагностика расстройств личности — непростая задача. Их нельзя диагностировать ранее, чем в зрелом возрасте (пациенту должно быть не менее 18 лет). Диагноз расстройства личности может быть поставлен детям, но только в том случае, если они соответствуют всем его критериям и поведенческие признаки присутствуют не менее одного года (за исключением асоциальной личности).DSM-IV перечисляет три основные категории расстройств личности:

а) Странно-эксцентрические расстройства
Для данной диагностической группы характерно странное и эксцентричное поведение, чувство дискомфорта в контактах или недоверие к другим людям. К ним относятся параноидные, шизоидные и шизотипические расстройства.

б. Драматические и непоследовательные расстройства
Основной чертой этих расстройств является неадекватное и/или экстремальное поведение и отсутствие заботы о соблюдении социальных норм.К ним относятся истерические, нарциссические, антисоциальные и пограничные расстройства.

г. Тревога и тревожные расстройства
Группа этих расстройств характеризуется высоким уровнем тревоги и страха, а также чрезмерной заботой о соблюдении этических норм. Это избегающее, зависимое и обсессивно-компульсивное расстройства личности.

Антисоциальное расстройство личности

Из всех расстройств наиболее тщательно изучено антисоциальное расстройство личности.В прошлом это называлось «психопатией», «социопатией». Термин «моральное безумие» был первым термином для антисоциального расстройства личности, предложенным в 1835 году Причардом. Слово «психопат» впервые появилось во фразе «психопатическое чувство неполноценности», было придумано Кохом в конце 1800-х годов и широко использовалось до 1952 года.
Только в DSM-I он был заменен термином «социопатологическая личность». Термин «антисоциальная личность» появился в DSM-II, а также в DSM-IV.
Антисоциальное расстройство личности характеризуется бесчувственностью и равнодушием к чужим правам, включает агрессивное поведение, хроническую ложь, воровство, мошенничество, деструктивную деятельность. Расстройство обычно появляется в середине подросткового возраста и прогрессирует во взрослом возрасте. Оно причиняет страдания другим людям, но не причиняет страдания тому, кто его проявляет.

По оценкам, антисоциальное расстройство личности встречается примерно у 3% населения, причем у мужчин этот диагноз диагностируется в четыре раза чаще, чем у женщин.Среди заключенных этот процент составляет 20–70%. Исследования показывают, что лишь часть людей с асоциальной личностью совершает преступления, и только у части преступников диагностируются расстройства личности.

Одного наличия антисоциального поведения недостаточно для диагностики антисоциального расстройства личности. Согласно DSM-IV (1994), диагноз антисоциального расстройства личности ставится только взрослым, если они соответствуют следующим критериям:

  • До пятнадцати лет было как минимум три случая девиантного поведения: частые прогулы, провоцирование драк, обман, воровство, жестокое обращение с животными, частое вранье, побеги из дома и т. д.;
  • после пятнадцатилетнего возраста появились как минимум три из следующих моделей поведения: частая измена, ложь, импульсивность, неспособность к планированию, раздражительность, взрывчатость, агрессия, отсутствие раскаяния, игнорирование опасности, безответственность, отсутствие вины, многочисленные столкновения с законом;
  • антиобщественное поведение не является симптомом другого психического расстройства, такого как шизофрения или мания.

Поведение людей с антисоциальными расстройствами личности можно охарактеризовать как неадекватное и импульсивное.Преступления, совершаемые этими людьми, случайны, импульсивны, без какой-либо рациональной цели, без заботы о последствиях. Они удовлетворяют свои потребности импульсивно, игнорируя потребности других людей. Они склонны к риску и нестандартному поведению. Они ненавидят рутину. Обычно у них нет постоянной работы. Им не хватает чувства ответственности по отношению к другим. Люди с этим расстройством имеют проблемы с установлением и поддержанием длительных отношений с другими людьми. Они не умеют любить, нечувствительны к знакам любви и доверия.Они склонны использовать и манипулировать своим партнером. Обычно не умеют хранить верность, очень часто меняют партнеров. Им свойственны цинизм, эгоцентризм, отсутствие эмпатии и раскаяния. Они не способны испытывать чувства, не могут чувствовать любовь, радость, сожаление и отчаяние. Они обладают низкой толерантностью к фрустрации и реагируют агрессией на ее появление. Они часто применяют насилие в отношении членов семьи. Они навязывают свою волю другим силой или с помощью угроз и шантажа.
Подводя итоги, можно констатировать, что для лиц, страдающих антисоциальным расстройством личности, характерны: недостаточная адаптация, отсутствие образования, несмотря на соответствующие интеллектуальные предрасположенности, отсутствие профессии, стабильные семейные отношения, склонность к зависимостям (алкогольным, редко другим зависимостям), частые конфликты с законом, вызванные мелкими и случайными правонарушениями (реже составными или спланированными правонарушениями).

Причины

На сегодняшний день причины антисоциального расстройства личности неизвестны. Результаты многочисленных исследований генеза этого расстройства указывают как на биологические, так и на социокультурные факторы, подчеркивая их взаимовлияние. Здесь важную роль играет генетический фактор. Исследования усыновленных детей, биологические родители которых проявляли антиобщественное поведение, показывают, что эти дети чаще проявляют такое расстройство.
Антисоциальное расстройство личности связано с внутриутробными осложнениями.

Курение сигарет, употребление алкоголя и раннее неприятие матери являются факторами высокого риска развития антиобщественного поведения. Исследования показывают, что у новорожденных с низкой массой тела при рождении, испытывающих перинатальные трудности, этот вид нарушений встречается чаще, чем у детей с нормальной массой тела. Считается, что эти осложнения отрицательно сказываются на развитии мозга. Можно предположить, что люди с антисоциальным расстройством личности являются жертвами повреждений головного мозга, полученных ими в утробе матери.

Возникновение антисоциального расстройства личности связано с отсутствием чувства безопасности в детстве, многочисленными конфликтами между родителями и недостатком их воспитательных компетенций. Исследования подтверждают, что применение телесных наказаний является значимым индикатором риска развития импульсивного и антиобщественного поведения.
Люди с антисоциальным расстройством личности не учатся на ошибках. Они не способны учиться на неприятном опыте. Применяемые к ним санкции обычно не действуют.

Терапия

На сегодняшний день не разработано эффективных методов лечения расстройств личности. Попытки психофармакологического лечения оказались малоэффективными (кроме временного подавления агрессивного поведения). Электрошок и психохирургические процедуры считались неэффективными. Плохо оцениваются и результаты различных видов психотерапии. В настоящее время чаще всего рекомендуется использовать когнитивную терапию, которая направлена ​​на улучшение способности пациента проявлять эмпатию и идентифицировать себя с другими людьми.Кроме того, рекомендуется поведенческая техника под названием «позитивная практика» для исправления негативных моделей поведения пациента и замены их правильными.

Однако большинство психотерапевтических подходов подчеркивают важность установления терапевтических отношений, основанных на приверженности и доверии. Люди с антисоциальным расстройством личности обычно не заинтересованы в изменении своего поведения. Они начинают терапию, потому что их заставили это сделать. Некоторые терапевты указывают, что в этих случаях терапия может иметь неприятные последствия.Знания о другом человеке, полученные во время терапии, можно использовать для более эффективного манипулирования и эксплуатации людей.
На практике оказывается, что антисоциальные расстройства личности легче предотвратить, чем лечить. С учетом детских признаков антисоциальных расстройств рекомендуются ранние профилактические вмешательства, то есть принятие мер по защите детей от вреда и насилия. Одни психологи выступают за радикальные вмешательства, предполагающие выведение ребенка из патологической среды, другие рекомендуют повышать родительские навыки родителей.

Библиография 9000 3

Карсон, Р., Батчер, Дж., Минека, С. (2003). Психология расстройств. Гданьск: Гданьское психологическое издательство.
Якубик, А. (1997). Расстройство личности. Варшава: PZWL.
Мейер, Р. (2003). Психопатология. Гданьск: Гданьское психологическое издательство.
Селигман, Э.П., Уокер, Э.Ф. Розенхан, Д.Л. (2003). Психопатология. Познань: Zysk i S-ka.

С.К.

.

Шизоидная личность у психотерапевта - Anteris Group 9000 1

Аутсайдер у психолога/психотерапевта

Характеристики

Шизоидная личность — это бегство во внутренний мир воображения. «Шизоид» указывает на связь со словами «разделение», «раскол». Они чувствуют себя отчужденными от части себя или от жизни в целом. Эта личность может варьироваться от тяжелых дефицитов, требующих госпитализации по поводу кататонии, до уровня здоровья выше среднего - творческих и блестящих личностей.Поэтому в психологический кабинет может обратиться человек, имеющий право на стационарное лечение, а также достаточно исправно функционирующее подразделение. Люди с шизоидной личностью часто ведут себя нестандартно, эксцентрично или даже странно. Поэтому они патологизируются остальным обществом, хотя могут быть компетентными, автономными и иметь сильное эго. В психотерапевтической группе они сначала будут замкнуты и замкнуты.

Оборона

Защитный механизм, характеризующий это расстройство, — бегство в фантазии.Людей с шизоидным типом характера привлекают такие виды деятельности, как философские изыскания, упражнения в духовной дисциплине, наука и искусство, а в настоящее время широко понимаемая информатика. Закрытые за экраном компьютера, они с меньшей вероятностью будут взаимодействовать с другими. Так человек, который много переживает во внутреннем мире, пойдет в кабинет психотерапевта.

Дети, у которых может развиться шизоидная личность

Согласно клиническим данным, шизоидные субъекты гиперактивны и легко перевозбуждаются.В свою очередь, их родственники запомнили их как детей, которые убегали от сильного света и шума или от слишком бурного движения. Родители сообщили психологу, что их дети напрягались и отстранялись, когда они пытались их обнять, как будто опекун нарушал их чувство комфорта и безопасности. По мнению исследователей, такие черты предрасполагают к шизоидной структуре личности, особенно усиливающейся, когда опекуны не могут приспособиться к своему характеру.

Согласно утверждению Винникотта, одной из причин ухода ребенка в себя является чрезмерно вовлечённое, властное, подавляющее влияние родителей на ребёнка.Соблазнительная или ошеломляющая, пограничная мать и нетерпеливый, критичный отец. Также важно содержание противоречивых и вводящих в заблуждение сообщений от близких. Воспитание, которое, кажется, подталкивает детей в этом направлении, может иметь большое влияние.

Аналитическое понимание

На уровне классического влечения эти люди борются с конфликтами оральной стадии. Они боятся быть поглощенными, втянутыми, искаженными, поглощенными. Они основаны на проекциях и трансформациях голода, испытываемого фантазирующим человеком.Шизоидная личность испытывает это влечение не изнутри себя, а из внешнего мира, который кажется полным угроз безопасности и индивидуальности человека. Это голод, вызванный любовью. Оно относится не к повседневным субъективным переживаниям, а к противоположным экспрессивным тенденциям: к замкнутости, поиску удовлетворения в мире фантазий, отказу от физического мира.

Ближайшие в психотерапевтическом кабинете описывают шизоидов как исключительно мягких и спокойных.И в то же время у такого человека есть страсть к фильмам ужасов, криминальной фантастике, апокалиптике. Он постоянно прячет свой голод и агрессию под толстым слоем защитных механизмов.

Одной из наиболее характерных особенностей высокофункциональных шизоидных людей является отсутствие народных защитных механизмов. Эти люди испытывают и описывают эмоциональные реакции так честно и точно, и они страдают, потому что их отвергают. И это потому, что их эмоциональные, интуитивные и сенсорные способности естественны и выше нормы по отношению к другим.

Аутсайдер, наблюдатель, интроверт

Эти юниты не слишком страдают от стыда или вины. Они не искажают реальность и не переоценивают. Они страдают от неуверенности. Когда они чувствуют себя подавленными, они прячутся или уходят в одиночную камеру или закрывают себя в мире фантазий. Такой человек прежде всего посторонний, наблюдатель за человеческой природой.

Реакция на стресс

В условиях стресса шизоидные личности могут убегать от своих чувств и внешних раздражителей, кажутся тупыми, нечувствительными и неадекватно реагирующими, даже если они выше среднего чувствительны к эмоциональным сообщениям от других людей.

Одним из наиболее важных аспектов способностей является творчество. Более здоровые шизоидные единицы создают произведения искусства, совершают научные открытия, разрабатывают новаторские теории или новые пути духовного развития, а тяжелобольные люди живут в собственном аду, где их потенциал заслоняется страхом и отчуждением.

Внутренние конфликты

Основной конфликт шизоидных людей — близость и расстояние, любовь и страх. В их жизни преобладают амбивалентные чувства по поводу привязанности.Артур Роббинс (1988) резюмировал эту динамику словами: «Подойди ближе, потому что я чувствую себя одиноким, но держись подальше, потому что я боюсь твоего вторжения».

Сексуальность

Что касается сексуальности , некоторые люди крайне вялые, несмотря на то, что они полностью физически сексуальны. Некоторые люди жаждут сексуальных объектов, которых они не могут достичь, а те, которые доступны, безразличны.

Одиночество

Для шизоидных людей подчинение и конформизм не в их природе, и они расплачиваются за это мучительным одиночеством.Даже если шизоидная личность увидит какую-то пользу в адаптации, она будет чувствовать себя некомфортно в социальных чатах, как самозванка, потому что считает такое поведение неестественным и искусственным. Шизоидное Я всегда держится на безопасном расстоянии от остального человечества.

Ирония, насмешка, самовозвеличивание

Многие исследователи описывают отношение отстраненное, ироничное, даже несколько презрительное. Эта тенденция к самовозвышению может исходить из защиты от нападок путем чрезмерного контроля или чрезмерного вмешательства в других.Они действуют так, как будто единственный способ сохранить чувство самосогласованности — высмеивать все социальные нормы. Сознательное проявление превышения норм можно понимать как защиту от определения, захвата и уничтожения Я другими.

Взгляд психолога

Для людей с шизоидной личностью покинутость является меньшим злом, чем поглощенность другими. Это не означает, что они холодны или бесчувственны. Они могут быть очень зависимы от других, но им необходимо защищенное личное пространство.Даже самые хорошо функционирующие люди с шизоидной личностью переживают, что окружающие воспримут их как ненормальных, непонятных. С одной стороны, они хотят, чтобы люди, о которых они заботятся, узнали их полностью, а с другой стороны, они боятся, что, если они полностью откроют свое внутреннее «я», их сочтут чудаками.

Автор: Анета Боровска психолог

Библиография:

Н. МакВильямс, Психоаналитический диагноз.

.

расстройств личности | Психотерапия.org | Институт психотерапии MindMed

Основными факторами, способствующими развитию расстройства личности , являются факторы социализации, прежде всего связанные с усвоением социальных норм, формированием иерархии ценностей, функционированием в социальных ролях и формированием моделей поведения. Влияние оказывают и социально-культурные факторы, к которым относятся нарушения воспитательного процесса в семье и школе.Темперамент человека может влиять на возникновение расстройства личности, но не является таким важным фактором, как упомянутый выше. Расстройства личности встречаются примерно у 2,1-8% населения, чаще у молодых людей и мужчин. Психопатические расстройства личности встречаются примерно у 3% населения и в 3-10 раз чаще встречаются у мужчин, чем у женщин. Факторы развития этого расстройства личности очень трудно поддаются изучению.

Параноидальная личность

Характеризуется: верой в «конспирологические» объяснения событий, настойчивостью и упорством в достижении цели т. н.«стремление к достижению цели по трупам», склонность к длительному отражению неприятностей, завышенная самооценка, повторяющиеся подозрения в неверности партнера, что неоправданно.

Шизоидная личность

Проявляет следующие черты: склонность к уходу во внутренний мир переживаний, фантазий; отсутствие эмпатии, тревожные реакции в межличностных отношениях, склонность к одиночеству и замкнутости, избегание более интимных социальных и эмоциональных контактов, проблемы с выражением чувств.

Диссоциальная (психопатическая) личность

Проявляется, среди прочего, в: отсутствии страха, склонности к членовредительству, отсутствии чувства стыда, игнорировании социальных правил и норм, неспособности предсказать последствия собственного поведения, неспособности откладывать удовлетворение, проблеме с различением границы между правдой и ложью, между реальностью и вымыслом.

Пограничная личность

Выражается: эмоциональной неустойчивостью, повторяющимися суицидальными попытками, членовредительством, постоянным ощущением внутренней пустоты, склонностью к импульсивным действиям, приводящим к конфликтам с окружающим, нарушением самосознания, эмоциональной неуравновешенностью.

Хитронная личность

Проявляется в: не учете потребностей других людей, манипулировании окружающей средой, концентрации внимания на себе с целью вызвать восхищение и одобрение, требовательном отношении к другим, подверженности влиянию и зависимости от окружающей среды, склонности к драматизации и утрировать, театральность поведения.

Тревожная личность (страшная или избегающая)

Ведущей потребностью является чувство безопасности, самоконтроль и чрезмерный анализ собственного поведения.С одной стороны, для него характерна сильная потребность в признании и принятии, а с другой - высокая чувствительность к неприятию и критике. Эта ситуация вызывает нежелание вступать в более интимные отношения и слабые социальные связи.

Зависимая личность

Проявляется: более сильным чувством психического напряжения, пассивным подчинением окружающему, легкой отстраненностью от действий и принимаемых решений, что обусловлено уходом от трудностей, перекладыванием на других ответственности за принятие решений, непосредственно касающихся больного.

.

Смотрите также